В послевоенные годы в СССР из борщевика пытались сделать идеальный корм для скота: растение неприхотливое, выносливое, урожайное, а значит – дешевое. Спустя 30 лет эксперимент признали неудачным: сам борщевик оставлял ожоги, молоко от коров, наевшихся его, горчило и, что куда страшнее – вызывало мутации. То, что казалось преимуществом растения, обернулось гигантской проблемой. Сейчас борщевик отвоевывает себе все земли, которые не обрабатываются человеком.
Борьба с растением пока неравная: покос неэффективен из-за быстрого распространения и высокой всхожести семян, химикаты опасны для экосистемы. В Твери нашли третий путь – он кажется идеальным, но пока его мало кто использует.
Нашли его, как это часто бывает с гениальными изобретениями, почти случайно. Биохимик Ольга Красовская сейчас преподает в тверском филиале МГУ технологий и управления им. Разумовского и заведует лабораторией, которая испытывает и внедряет препараты московской компании «Живые бактерии». А в 2014 году ее с коллегой Вячеславом Степановым пригласили работать в ныне ликвидированное учебно-опытное хозяйство «Сахарово».
– Мы держали больше 200 голов свиней. Запах от них дикий, – рассказывает Ольга Красовская. – Встал вопрос, чтобы все это почистить. Мы стали использовать бакпрепараты в качестве подстилки – микроорганизмы разлагают отходы и убирают запах. И обратили внимание, что вокруг борщевик с человека ростом, а там, где была бактериальная затравка, его нет, и потом в течение трех лет борщевик там не рос. Но самое главное другое – там получается шикарный грунт, на котором растет все, кроме борщевика. Культурные растения – огурцы, кабачки… Мы его продавали как грунт универсального назначения, народ влет хватал.
– Как это работает?
– Бактерии выделяют лактатдегидрогеназу – фермент, который расщепляет глюкозу. Борщевик – растение просто уникальное. Там сахаров больше, чем в тростнике и сахарной свекле вместе взятых. Его даже пытались использовать в таких же целях, но оказалось дорого. Борщевик растет, если обращали внимание, в загрязненных местах – или дороги, или предприятия, или скотные дворы, которые азота выделяют немерено. Борщевик поглощает всю эту дрянь, работает как фильтр, оттого у него такие лопухи. И одресневевшее корневище. И все это у него сладкое. Вот почему наши бактерии не жрут ни томаты, ни кабачки, ни огурцы – там жрать нечего. И когда голодная бактерия с остервенением набрасывается на это самое корневище, то сжирает его «в ноль». Надо только убирать листья перед обработкой, а еще лучше – проводить ее ранней весной, можно даже по снегу. Чем опасен борщевик – его семена одновременно не всходят, у них всхожесть в течение трех лет, причем в первый год она минимальна. И растения уже идут не от того корневища, где эта трубка стоит, а от боковых побегов. А бактерии съедают их все, поэтому одной обработки хватает на три года.
Вячеслав Степанов: Мы проводили множество экспериментов, и на базе нашей сельхозакадемии, и, что называется, в чистом поле: пересаживали корневище борщевика в земельную лунку с нашими бактериями, а второе - для чистоты эксперимента - в естественную среду. Проходит две недели, и там, где мы сажали с бактериями, самосевом помидорчик вырос, а на втором уже пошел борщевик. Стали первую лунку выкапывать, посмотреть, что там происходит с корневищем борщевика – мы его даже не нашли. То есть через две недели там уже можно что-то сажать, это абсолютно безопасно. И чем ценна эта технология – ее можно применять на землях поселений, в городских местах, а самое главное – вблизи водоемов. Наш комплекс бактерий можно вносить в лагуны свинокомплексов, и запаха совсем нет, можно на поля выливать, и никакого борщевика, и еще и почва улучшается.
Средство против борщевика на основе живых бактерий биохимики дорабатывали в своей лаборатории, добавляя разные компоненты и экспериментируя с составами. В 2019 году за свою разработку они получили международную премию ECOWORLD.
– Вы запатентовали эту технологию?
О.К.: Патентовать нет смысла в наше время. Во-первых, это безумно дорого. Во-вторых, патент публикуется, он в открытом доступе, и можно изменить пару компонентов, и будет уже другая технология, другой препарат, и патентообладатель не сможет ничего предъявить. Только по нашей технологии можно сделать три-четыре препарата, и они все будут работать. Это лежит на поверхности.
– А вам известно, чтобы ваши коллеги что-то подобное делали?
О.К.: Именно такое нет, есть варианты с гусеницами, с грибами… Наши препараты уникальны тем, что мы убиваем двух зайцев: мы убираем отходы с животноводческих комплексов и этим же уничтожаем борщевик.
– Почему, если технология в принципе доступна, мы не видим, чтобы борщевик был уничтожен повсеместно? И отходы, и вонь в том же Заволжском на месте.
О.К.: Есть определенные структуры, которые лоббируют применение химпрепаратов. Мы, например, разговаривали с руководителем одной из наших организаций, занимающихся утилизацией отходов, там такой товарищ – привет из буйных 90-х, он сказал: «Даже я не рискну туда сунуться». Поэтому пока работаем с фермерами, с небольшими хозяйствами, хотя нам, конечно, интереснее крупные комплексы. К примеру, работали со зверохозяйством, с птицефабрикой, на производстве каменной ваты, снижали им уровень фенолов. В конном клубе 25 тысяч кубов отходов переработали за четыре месяца. На 50 кубов хватает полкило препарата.
– А по борщевику какой расход?
О.К.: Килограмм чистого препарата на гектар, а на больших площадях надо использовать бактериальную затравку. Она ферментируется, биомасса увеличивается, а стоимость, соответственно, уменьшается.
– Чиновникам предлагали свою разработку?
О.К.: Это никому не надо. Обращались к министру сельского хозяйства Тверской области, и не к одному. Один говорил: «Это так все интересно, так все надо, мы вас будем приглашать на все совещания». Уже четыре года нас “приглашает”. К тому же в России действует 44-й федеральный закон (о госзакупках – прим.ред.). В качестве благотворительности мы можем для желающих провести эксперимент на небольшом участке. Но эта тема очень хлебная. У нас расценки – 13 тысяч рублей за гектар. Другие говорят – мы вам за 6 тысяч зальем все химией. А потом люди коров боятся там пасти. К тому же на это можно каждый год выделять бюджетные средства. Поэтому мы только сунулись – нам щелчка дали по носу. Это как с дорогами – если бы их делали хорошо, мы бы каждый год их не чинили.
Заранее предупреждаю, что не претендую на событие века, просто небольшая приятная история. Я человек простой, люблю радоваться мелочам)
Одним скучным будничным вечером я маялся бездельем и ломал голову чем себя занять. Ничего умнее, чем написать ВСЕМ автопроизводителям спортивных автомобилей не нашлось.
Вкратце: Я, такой-то такой-тович, всю свою сознательную и бессознательную жизнь являюсь фанатом вашей автомобильной марки. Не обделите вниманием скромного фаната! Дайте хоть знак, что вы меня услышали! Отправите смайлик, письмо, буклетик. Возьмите на раб... Кхм-кхм. Короче, результаты.
Ferrari - игнор.
Lamborghini - игнор.
Pagani Zonda - игнор.
Итальянцы явно не заинтересованы в любовных признаниях фанатов из России.
Koenigsegg - кенигсегг. Никогда не переваривал их названия. Шведы такие шведы. Все, что от них смог заполучить это сухой ответ робота о регистрации письма. Пичалька.
Aston Martin - как бы вы подумали? Игнор конечно же! Жители туманного альбиона! Brexit вам явно не на пользу пошел.
Написал почти всем, до кого смог дотянуться своим почтовым ящиком! Докопался до всех! И вот уже когда уже не осталось никакой надежды ответили те, от кого я уже действительно не ожидал получить ответ!
BUGATTI
Счастью не было предела! Сказали, что отправят открытку и попросили адрес доставки. Естественно отправляем! Тем более, что француженка была очень любезна в нашей короткой переписке. Пару недель ожидания и получаем посылочку. От компании, которая производит самые дорогие и быстрые автомобили в мире!
Конвертик.
В нем фотокарточка и открытка.
Письмо! От руки! Очень приятно.
Вот так завоевывают фанатов по всему миру) Всем советую к приобретению автомобили марки "Bugatti". А у меня все)
Жительница Москвы, которая была задушена мигрантом на набережной реки в районе Лазоревого проезда, перед смертью была на пробежке.
Как стало известно РЕН ТВ, 33-летнюю женщину заметил приезжий из Узбекистана Сирожиддин Акрамов, когда она была на пробежке после отдыха в ночном клубе. Мужчина занимался ремонтом в одной из городских квартир. Он увидел девушку на набережной и напал на нее. Мигрант раздел жертву, однако девушка стала кричать и звать на помощь. Возможно, в этот момент он и решился на убийство, задушив девушку ее же лосинами.
Преступника спугнули свидетели, услышавшие женские крики. Акрамов бросился в бега — он прыгнул в Яузу и уплыл, однако в скором времени его схватили полицейские.
Найти преступника удалось благодаря камерам наблюдения, которые запечатлели его после побега, когда он вернулся на объект, где работал до убийства.
"В ходе допроса мужчина полностью признал свою вину и дал подробные показания. Следствием будет дана дополнительная квалификация его действиям по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 131 УК РФ (покушение на изнасилование)", - сообщила старший помощник руководителя ГСУ СКР по Москве Юлия Иванова.
https://ren.tv/news/v-rossii/869564-zadushennaia-losinami-mo...
В продолжение темы с неадекватном.
Вот интересно куда смотрит МВД? Как некий гражданин имеет почти полторы тысячи штрафов и спокойно катает по МСК создавая реальную опасность, кидается на других людей и тому подобное.
Живу в Китае. Город Иу.
В нашем жилом районе (100 пятиэтажек) обнаружен 1 (один) случай заражения коронавирусом. Смотрите что у нас делают в таком случае. И почему в Китае не будет второй-третьей-пятой волны.
Днём (я в офисе) звонит хозяин нашей квартиры и говорит - так и так, у нас в районе сегодня подтвердился заражённый, готовьтесь завтра утром тест сдавать. Окей.
Приезжаю поздно вечером домой, меня встречает заготовка завтрашнего перекрытия взъездов:
По всему району уже оборудованы пункты для тестирования населения:
Позаимствовали склады у местного бизнеса, внутри сидит полиция, охраняет коробки видимо с тестами:
Дороги перекрыты лентами:
На улице - ни души. Всем посоветовали сидеть дома - все и сидят. Я только хожу один фоткаю в ночи.
Завтра к нам введут войска медработников, за день должно быть протестировано 100% населения района. Дороги скорее всего закроют, выйти из района наверное будет нельзя. Дальше все зависит от результатов тестов.
Завтра утром расскажу как процесс проходил.
Общение не задалось :(
UPD:
Профессор Шарон Энав, заведующая хирургическим отделением интенсивной терапии больницы "Шаарей-цедек" в Иерусалиме, резко высказалась против антипрививочников.
"Вы ждете, что мы подрядимся опять работать двойные смены в ужасных костюмах химзащиты - лишь потому, что вы "имеете право не прививаться"?
Вам трудно надевать маску, как положено, - закрыв нос и рот?
Так вот знайте: нам, медработникам, тоже трудно.
Трудно понять, почему мы должны заботиться о тех, кто не заботится о себе сам".
Откровение профессора взорвало соцсети Израиля и собрало к пятнице, 13 августа, множество противоречивых откликов. .
"Я выскажу то, что нам запрещено говорить, ибо это неполиткорректно. Сейчас вновь открываются коронавирусные отделения. И пусть антипрививочники не ждут сочувствия от медиков, когда попадут в больницу. Наше терпение исчерпано", – этими словами начинается публикация профессора Шарон Энав.
С момента размещения поста им поделились многие читатели, и профессор получила множество откликов, в том числе от антипрививочников.
"Шестидневная война длилась 6 дней, каждый пятый солдат был ранен, каждый второй страдал посттравматическим стрессовым расстройством. Война с коронавирусом длится волнообразно уже более года. 65% больных коронавирусом, которых подключили к ИВЛ, умерли. Это больше, чем каждый пятый. Даже больше, чем каждый второй", - пишет профессор.
"Мы, медработники, принесли себя в жертву и находимся под постоянной угрозой заражения себя и своих родных, поскольку работаем с инфекционными больными. Нас не прославляли в стихах, не выпускали книг с поэмами о героизме, не награждали медалями. И не выставили позолоченных щитов с именами тех, кто уволился, потому что сломался.
А среди нас были и такие, - продолжает Шарон Энав. - Вместо этого общественность вкупе с минфином продолжает жаловаться на нас, распространять о нас ложные слухи и пренебрежительно высказываться.
Группу медиков, находившихся на переднем крае борьбы во время первой волны эпидемии, уволили, ибо нет ставок.
От нас потребовали вернуться в нормальный режим работы сразу по окончании третьей волны. Причина проста: больницы, находящиеся на грани банкротства, должны быстро покрыть убытки от эпидемии.
А теперь от нас вновь ожидают, что мы вызовемся работать двойные смены в скафандрах, сквозь которые ничего не видно и не слышно, в которых тело потеет, зудит и покрывается сыпью. Иногда в такой экипировке падают в обморок. И все это почему?
Потому, что вы "имеете право" не прививаться. И вы решили воспользоваться этим правом. Вам трудно надевать маску, трудно соблюдать ограничения. А знаете что? Нам тоже трудно. Трудно ежедневно рисковать своим здоровьем и жизнями своих родных. Трудно работать в таких условиях. Нас тяготит кладбищенская атмосфера в больницах. Это вы, вы сами выбрали отказ от прививки. Там почему мы должны заботиться о тех, кто не заботится о себе сам?
Вот говорят: нельзя отказаться лечить непривитых, ведь лечат же пострадавших от курения и наркотиков. Отвечу вам. Коронавирус ничем не напоминает привычку курить или наркоманию. Эти проблемы вызваны социальными обстоятельствами в молодости, а потом вырабатывается физическая зависимость. Никто не выбирает судьбу наркомана или курильщика. А вот отказ от прививки – это дело личного выбора.
Не ждите сочувствия. Не ждите понимания. Не ждите, что мы станем плакать о вас.
Мы, медики, которые должны находиться на переднем крае борьбы, выдохлись. Нас поразил посттравматический стрессовый синдром. А также мы страдаем от выгорания.
В последние дни за закрытыми дверями идут баталии: медики возмущены самой мыслью о том, что придется опять приносить себя в жертву во имя тех, кто пальцем о палец не ударил, не приложил минимальное усилие в интересах самого себя и общества.
Трудно заботиться о других, когда ты сам травмирован. Подумайте об этом".
Перевод: Даниэль Штайсслингер