Лето, огородный сезон в разгаре . Звонит в скорую бабушка и оживленно вещает: сын на огороде , трубку не берет, наверно запил. Ну так себе повод для вызова  , связь за городом качеством не отличается и пить можно очень приятно ( не факт что мужчину что-то беспокоит) . Но главное выяснилось довольно быстро: адрес она конечно помнит только на глаз , сумочка тяжёлая и надо за ней на скорой заехать,  дорогу она покажет ...) Кто научил ?! Телевизор или подружки?!

Была у нас на районе бабулька одна, - местная телефонная террористка службы скорой помощи, Нина Ивановна. Женщина семидесяти с лишним лет от роду. Известная в узких медицинских кругах личность. Легендарная, даже можно сказать, личность. Терроризировала районную СМП не один год, если не сказать - десяток лет, если не больше.

Атаковала диспетчерскую 03 денно и нощно. Вызовы на ее адрес сыпались как из рога изобилия. По любому поводу. Не только по медицинскому.

Уже никто и не помнит с чего все началось. Кажется, поначалу вызывала только по поводу высокого давления. Уколов ей никто не жалел, на свою голову. Хотя ее не слишком высокие скачки давления спокойно можно было бы решить ее же собственными таблетками.

Потом стала вызывать и на другие мелочи, такие как: головокружения после резкого вставания, головные боли после трех чашек кофе, которыми она хотела "купировать слабость", бессонницу, и т. д, и т. п.

А потом и совсем, распоясавшись окончательно, и видя, что безотказные медики ездят к ней исправно, поставила этот траффик на поток.

Ездили мы к ней, чтобы достать что-нибудь с высокой полки, закрыть дверь балкона на щеколду, открыть форточку, и еще на многую разнообразную дурь.

Как может скорая помощь ездить на такое, и почему вообще принимаются такие вызовы? - спросите вы. А так, что повод к вызову звучал всегда - "Высокое давление", а по факту - его или не было, или было весьма незначительное. Но зато всегда была просьба - "сделайте это, или то! Вы же все равно - здесь". Разве кто нибудь откажет беспомощной бабульке помочь сделать какую нибудь домашнюю мелочь, которая не требует особых физических затрат.

Понимали, конечно, что это приведет лишь к дальнейшей разбалованности нашего постоянного пациента, и увеличением количества времени на вызовы к другим пациентам, но поделать ничего не могли.

Были категорические попытки отказывать в ее просьбах, не касающихся медицинской помощи, но хитрая бабуля уничтожала эти попытки на корню. Вызывала повторно уже через час. Отказывали повторно - вызывала в третий раз, четвертый, и так далее. Не считаясь с тем - день на дворе, или глубокая ночь. Какова степень загруженности скорой помощи в эпидемический период, или в период спада загруженности.

В общем, решили, что лучше делать все, что она говорит, и не делать хуже себе и коллегам. А то уже даже конфликты стали начинаться среди коллег по смене:

- Ты едил пару часов назад к бабке Н?

- Ездил.

- Ну, что ж ты, не мог ей помочь подняться на ее третий этаж с сумками?

- Интересненькое дело! Она по магазинам бегает, закупается продуктами, а скорая помощь должна ей сумки помогать на третий этаж затаскивать??!! Ходить по квартире, значит, она не может, а по городу бегать - может?! Предложил ей в больницу поехать, раз место общественное - отказалась.

- Ну... вот... вызывает вот повторно...

Это был тот случай, когда бабка действительно не смогла подняться в квартиру с тяжелыми сумками, и вызвала 03 в качестве персональных носильщиков. Приехали, в итоге, подняли. Куда деваться...

У нее же - никого не было, с ее слов. В плане - ни детей, ни внуков. И мужа никогда не было. Возможно, на фоне отсутствия вышеуказанных, и была она такой. Заботу о себе компенсировала заботой докторами скорой помощи.

Врачи поликлиники уже давно отмахнулись от нее. На вызовы даже не ездили. Поэтому бабуля переключилась на скорую помощь. Ведь у нас с этим строже. Попробуй проигнорировать какой нибудь вызов - затаскают с объяснительными, а то и с прокуратурой. Все звонки прослушиваются. А начальники от СМП куда строже, чем начальники от поликлиники. Панибратства никакого здесь нет. Служба-то - экстренная.

Стали всем коллективом думать, - что же придумать такое-этакое, чтобы отвадить вредную бабку от постоянных звонков на скорую.

Прямые отказы дело не спасают, а делают только хуже, - мы уже это поняли. Телефонные провода резать бесполезно, - звонит по сотовому. Диспетчеров подговаривать - невозможно. Да они бы и сами рады отказать, - да не могут. Телефоны все, как уже было сказано, - на прослушке у Большого брата. А поводы к вызовам - вполне адекватные: "Высокое давление. Боль в груди. Резкая слабость", и т. д. А то, что по приезду этого ничего нет, так ни один суд не подкопается. Вдруг у пациента и вправду это всё было, а по приезду СП - прошло? Так что - никакого криминалу! Бабуле "на лапу дать"? Так она ж в два раза чаще вызывать начнет!

Положение патовое.

Но был у нас один хитроумный доктор - любитель старых советских комедий. Вспомнил он один интересный эпизод из фильма про Остапа Бендера "Золотой теленок", где великий махинатор всюду следовал за подпольным миллионером Корейко, и психологически терроризировал оного, постоянно прося "дать миллион". Да так, что бедный бухгалтер сбежал от Бендера чуть ли не на край света. Был найден, миллион отдал, но суть не в этом.

Решили мы этот же прием на бабке испробовать. Договорились, что те кто будут выезжать к ней, будут просить ее одолжить... нет, не миллион. Посчитали, что это уж будет чересчур. А всего-то - сто тысяч.

Деньги у бабули водились, это было ясно. Ведь ничего у нее толком не было. Ни дач, ни машин, ни драгоценностей. Да и вообще у нее, можно сказать, ничего не было. Мебель вся старая. Телевизор - из конца 90-х. Из еды - макароны одни. Но при этом иногда хвасталась своей какой-то повышенной военной пенсией. А значит - куда-то "складывала".

Не все, конечно, согласились становиться "вымогателями", но большинство проголосовало "За".

Выглядело это, в дальнейшем, примерно так:

Приезжает доктор на вызов к бабуле, и начинается спектакль.

- Нина Ивановна! Тяжело нам, медикам скорой помощи, живется.

- Да знаю я, сынки. Сама так же живу...

- ... А вы еще нас с просьбами своими вечными дергаете...

- А что поделать-то сынок. Нету у меня никого больше на этом свете... Кроме вас, родных... (в это время она, как правило, начинала пускать крокодиловы слезы).

- Так пустите себе постояльца какого-нибудь. Девочку-студентку там... или еще кого. Будут жить у вас, да присматривать за вами.

- Не не не... Зачем... Да ну их... Будут ходить тут...

Нина Ивановна была жадной и хозяйственной до ужаса.

- Одолжите сто тысяч! - резко менял разговор доктор.

- Ка... Какие сто тысяч? - опешивала бабка.

- Рублей.

- Да откуда ж у меня такие деньги, сынок?... - прятала глаза бабуля.

- Да ладно вам. Все уж знают. Займите, а? Через год отдам. - про "все знают" - чистый блеф.

- Да нету у меня! Да и где я найду вас через год? Да и сама, поди, не доживу еще. Не, не.

- Ну, бабуль!

Разговор длился долго. Но не дольше, конечно же, чем можно было находиться на вызове. Бабка, разумеется, стояла но своем. Но прощаясь, вся была раскрасневшаяся, и в паническом настроении.

Так было во второй раз на следующем вызове. Потом на третьем. Потом на четвертом. А вот до пятого вызова - дело не дошло. Звонки прекратились. Как по волшебству. Как будто и не было их.

Месяц проходит, второй... А вызовов к Нине Ивановне всё не фиксируется. Вылечилась волшебным образом. Вот уже полгода ни слуху ни духу о ней. Живем, всей подстанцией не нарадуемся.

Городок у нас маленький. И иногда видят наши сотрудники, когда сами на выходном, на улице ее где нибудь, в магазине, или на рынке.

Для закрепления полученного результата, подходят к ней, и "здороваются":

- Здравствуйте, Нина Ивановна!

- Здравствуйте... - отпрыгивает она от здоровающегося, как чёрт от ладана, поскольку знает всех СМПшников в лицо.

- Вы, может быть, все-таки сможете...

Ответом служит сверкающая спина убегающей вдаль Нины Ивановны.

источник

Поднялся я на второй этаж и нажал кнопку лифта. Забавный тут дом, чуть ли не один в Москве. По крайней мере, таких зданий я больше не встречал. Поднимаюсь на 8-ой этаж. Повод к вызову ничем не примечательный: болит живот, ребенок 13-ти лет. Вызывает бабушка. Звоню.

- Кто там?

- Скорая помощь, вызывали? – а про себя ворчу: «Ну, кого ещё ждут? Ну, пиццу, не иначе!»

- Проходите, только наденьте бахилы, если их нет у вас, могу предложить тапочки, - говорит женщина лет 65-ти, показавшаяся мне на первый взгляд добродушной.

- У меня свои есть, - отвечаю, надевая на обувь бахилы. Хотя не обязан.

- Доктор, а я вам полотенце приготовила, руки можете помыть тут, - показывает рукой на ванную.

Помыв руки, я прохожу в довольно большую светлую комнату. На полу ковер, красивая мебель, плазма на стене, шкаф и комод, уставленные бесчисленными безделушками. В общем, дорого-богато. Впрочем, это к делу не относится, - осудил я себя.

Смотрю, на диване лежит худенький паренёк. Рядом на полу стоит тазик. Его содержимое сразу мне не нравится - темно-коричневая жижа, цветом и консистенцией похожа на кофейную гущу.

Глаза фиксируют: парень в сознании, кожные покровы бледные, лежит на левом боку, чуть придерживаясь за живот. В уголках рта виднеются остатки этой темной жижи.

- Когда началась рвота?

- Только что, - ответила женщина.

- Кем приходитесь ребенку?

- Бабушка я.

- А родители?

- Отец умер, а мать сейчас в командировке, деньги зарабатывает, чтобы мы жили хорошо. А этот оболтус ничего не хочет понимать, своевольничает, - у женщины навернулись слёзы, а парень скривился. «Так, - думаю, - достала она его без матери».

Так как ребенок не достиг 14-летнего возраста и на момент вызова с ним не было родителей или опекунов/официальных представителей, а бабушка, хоть и родственница, но де юре никак не может влиять на оказание медицинской помощи, все решения буду принимать я, как ответственный по бригаде.

Обращаюсь к мальчику:

- Тебя как зовут, что, как и где болит?

- Ваня, болит живот, вот здесь, - показывает на эпигастральную область.

- А как болит? Сильно?

- Нет, бабушка мне таблетку дала, уже проходит, только вот тошнит сильно и рвет. Вот этим, - пальцем показывает в таз. - Еще сильно кружится голова.

- Что вы дали мальчику?

- Как что? "Аспирин", он же обезболивает, но всё равно вызвала Вас, чтобы подстраховаться.

Я на секунду замер, думая: - Ну звездец, это КАТАСТРОФА!!!!!!!!

- В туалет по большому ходил? - спрашиваю я, обрабатывая руки антисептиком и надевая перчатки, прошу повернуться мальчика на спину, кладу ему на зону эпигастрия «снежок» (криопакет), предварительно разбив его о колено и запуская в нем химическую реакцию, чтобы он мгновенно стал ледяным.

- Я не знаю,- отвечает бабушка, разводя руками.

- Вань, ну ходил или нет?

- Да, в школе, я сходил, когда живот стал болеть, мне захотелось.

- Цвет какой был? Жидко?

- Черный, кашей, но не очень жидкий...

Веду опрос больного, попутно измеряя давление и сатурацию. Эх, черт, 80/60. А сатурацию держит 94%.

- Вань, а на живот ты не падал? Тебя никто не бил? Травмы никакой не получил?

- Нет, ничего такого.

- Вань, скажи, а в школе ты подходил к медсестре?

-Да, я ей сказал, что живот болит, тошнит.

- А она?

- Сказала, что так бывает.

- А ты ей говорил, что ты в туалет сходил, а цвет был черным?

- Да.

- И что же?

-Сказала, что позвонит бабушке, предупредит ее и учителя, и что я могу идти домой.

- И скорую даже не вызывали?

- Нет, я же домой пришел.

- А учитель не интересовался, что с тобой и почему?

- Да, она спросила. Я ответил, что живот болит. И всё. Она позвонила бабушке и сказала, чтобы я сразу шел домой.

В моих глазах читалось: что за бред??? В школу часто вызывают «скорую» на разную ерунду, которая вовсе не является жизнеугрожающими состояниями, а тут такую патологию пропустили!!!

Я продолжаю опрос, пальпируя живот, – он был слегка болезненным и мальчик чуть реагировал, когда я трогал эпигастральную область.

- Язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки у мальчика есть? Хронические заболевания? Аллергии на лекарства?

- Ой, доктор, а давайте, я маму Вам сейчас по видеосвязи наберу, у нее все и спросите.

- Хорошо, - согласился я, уже ставя кубитальный катетер в левую локтевую вену.

- Наташа, - послышался голос бабушки, - поговори с доктором.

Я повторил свои вопросы, которые задавал бабушке.

- Нет, аллергий нет, ничем не болел, ну, кроме ветрянки и кори, это когда ему было 4 года и в 8 лет. А так всё было хорошо. - отвечала мне предполагаемая мать больного.

- А что с ним, что хотите делать?- волнуясь, спросила она.

- Значит, смотрите, мальчику нужна срочная медицинская эвакуация в стационар. У него желудочно-кишечное кровотечение, откуда оно взялось, я не знаю, состояние стабильно тяжелое, - объясняю я, вводя кровоостанавливающий раствор и готовя капельницу с «физой».

- Это что? Ему нужна операция?

- Я не могу Вам точно сказать, но точно могу заверить, что повезу через реанимационное отделение на хирургию, позже я скажу, куда.

Мать мальчика согласилась и попросила, сделать все возможное, чтобы спасти ее сына и обещала Ване, что первым же самолетом она вернется в Москву.

Разговор был окончен, я уже установил капельницу и звоню водителю Юре, чтобы он принес носилки, кислород и ЭКГ-монитор.

Только я положил трубку, как в дверях комнаты встала бабушка, в секунды переменившаяся в лице. Вид у неё был суровый, я бы даже сказал, угрожающий.

- Я вам внука в больницу не отдам, - неожиданно выдала она мне, - вы там его залечите, а у меня он один. Я вас вызвала, чтобы лечение назначили. Вот и назначайте и уезжайте, мы сами справимся. Я сейчас травки заварю целебные, морсика, компотика, кашки сварю, а то ребенок голодный весь день, не ел ничего.

Я сижу на стуле с широко открытыми глазами и чуть отвисшим ртом. Кто был бледнее в тот момент, я или мальчик, было трудно сказать. Опешив на секунду, отвечаю:

- Да вы понимаете, что у него внутреннее кровотечение? Что черный стул - это кал с примесью крови, что эта рвота, по большому счету, это кровь вперемешку с желудочным содержимым. Вон он бледный какой, давление низкое, Вы отдаете себе отчет, что Вы говорите? Вы понимаете, что медля, Вы не оставляете ему шансов? Он просто умрет! - на повышенных тонах говорю я.

- Вы меня что, за дуру держите? Я что, в свои 70, кровь не знаю, какого цвета? - красная она, доктор, если вы не знаете, то чего вы знаете-то. Вон какой молодой, понаберут на «скорую» кого попало, хуже гастарбайтеров в поликлиниках, тьфу, - бабка махнула рукой.

Про себя думаю: «Точно дура! Значит, 70... Рано, однако, у нее маразм начался».

Звонок в домофон, это, похоже, Юра. Бабка (я теперь только так её называл про себя), подлетев к домофону, кричит:

- Я вас не пущу.

Мне перезванивает Юра.

- Сань, чё у тебя там происходит?

- Юр, погоди пока. Сиди в машине, я позвоню тебе. - Кладу трубку.

Бабка начинает злобно выплескивать на меня всё то, что она думает про российскую медицину. А далее продолжает:

- Мне дочь внука доверила, да чтобы я не уберегла? Да я в детском саду воспитателем была, 30 лет отдала этой профессии, что же я, с внуком не управлюсь? Вам отдай в больницу – угробите! Она встала в дверной проем, практически полностью его загородив. Скажем, бабка была весьма широка в кости, кулаки ее яростно сжались. «Еще чуть-чуть, - подумал я, - начнет меня бить».

Как правило, мы часто попадаем на вызовы к «яжематерям», но тут, наверное, возник первый такой прецедент в моей работе - я попал на «яжебабушку». Ну да, мне рассказывали, что такое явление бывает, но я ни разу с ним не сталкивался. Что же, всё когда-то бывает впервые (тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо

Лихорадочно соображаю - промывать нельзя, "Аспирин" давно растворился, он ухудшает ситуацию, но, скорее, причина не в нем, так как бабка внуку его дала уже после возвращения из школы. Просто она сейчас все усугубляет.

ЧЁРТ, ЧЁРТ, ЧЁРТ.!!!

Медэвакуация нужна срочная. Пока я соображаю, что делать, продолжаю капать мальчика. Бабка же звонит на 03 и уже вовсю жалуется на меня. Спустя пару минут мне звонит старший врач подстанции:

- Саша, - произносит Михаил Борисович, - что там у тебя на вызове происходит?

Я докладываю ему о складывающейся ситуации.

- Дай трубку женщине.

Он с ней говорил по громкой связи, убеждая, что мальчику нужна стационарная помощь срочно! Ответ был один – «нет».

Беру трубку у бабки, выключаю громкую связь, и старший врач мне говорит:

- Вызывай полицию с поводом: умышленное препятствие в оказании медицинской помощи ребенку, требующее немедленного вмешательства с целью сохранения жизни.

- Ты один? Тебе бригаду врачебную послать?

- Да она даже дверь не открывает и всё тут.

- Ну, не будешь же ты с ней драться, успокойся, все делаешь правильно, потом в карте напишешь. Вся информация записана, разговоры тоже. В общем, оказывай помощь на месте, жди бригаду и звони в полицию.

- Спасибо, Михаил Борисович, - я вас понял.

Набираю при бабке полицию, объясняю им слово в слово, как сказал мне старший врач. Бабка только ухмыляется. Затем обращаюсь к женщине:

- Ребенку нужен кислород и еще растворы, вон я прокапал ему всё, что у меня с собой было, - показываю на пустые флаконы. - Пустите водителя.

- Хорошо, но я вам внука не отдам.

Я звоню Юре, говорю, чтобы принёс кислород - 2 баллона по 2 литра (с запасом) и несколько флаконов с растворами, пару «снежков», ЭКГ-монитор, детский ремнабор (на всякий случай), так как неизвестно, сколько мне тут еще быть. Он отдал их бабке в дверях, в комнату она его не впустила и сразу закрыла перед его недоумевающим лицом дверь.

Наладив кислородную поддержку и наложив электроды ЭКГ-монитора, снял пленку - в общем, она вполне себе неплохая, учитывая возраст. Только ЧСС за сотню.

- И что, вы меня в заложники взяли? - спрашиваю я разъярившуюся бабку.

- Нет, вы можете идти, а мой внук останется тут.

- Позвоните дочери, дайте мне с ней поговорить!

- Нечего деньги тратить на пустую болтовню, как я сказала, так и будет! Мой дом! Я тут хозяйка, что хочу, то и делаю.

Да, дерутся с родственниками больных только в фильмах и сериалах, а в жизни так не делается. Что же, ждем полицию.

Минут через 10 в домофон позвонили.

- Кто там?

- Скорая помощь,

- Я вас не пущу, уезжайте. Есть уже одна.

Через 2 минуты мне перезванивает уже заведующий.

- Саш, старший врач мне ситуацию пояснил в целом, как состояние больного?

- Тяжелое, но стабильное, давление поднял, но все равно эвакуация нужна.

- Да это даже не обсуждается. Значит, смотри, к тебе приехала наша «девятка», ждут внизу. Они сказали, что их не пустили.

- Да, не пустили.

- Женщина что вообще хочет? Она дает помощь оказывать? Не мешает?

- Нет, помощь оказывается в соответствии с алгоритмами, даже кислород разрешила водителю принести.

- Мне Михаил Борисович сказал, она ему "Аспирин" давала?

- Да.

- Ах, чёрт, бежит времечко, бежит… Ладно, полиции еще нет?

- Нет пока.

- В общем, будь на связи, если что - звони.

Я кладу трубку. В этот момент в домофон снова зазвонили.

Бабка снимает трубку домофона...

- А я полицию не вызывала, - начала было она, но вдруг осеклась. Я не знаю, что и как ей сказали, но подъездную дверь она открыла. Спустя непродолжительное время раздался звонок в дверь. - Откройте, полиция.

- Я не открою, - кричит в истерике бабка.

- Открывайте или будем вскрывать дверь.

С недовольным лицом открывает. В квартиру входят 4 сотрудника полиции, а также наша «девятка» - реанимационная бригада.

Пока я докладываю врачу о состоянии мальчика и проведенных мной манипуляциях, бабка орёт, что не отдаст внука никуда, потом связывается с матерью. Та в шоке, требует, чтобы не препятствовала медикам. Но бабка стоит на своём. В общем, стала она всех отталкивать, и сотрудникам 02 пришлось ее в буквальном смысле слегка ограничить в свободе, мягко говоря. Нет, ее никто не бил, но они сделали так, что оказывать сопротивление она перестала...

Состояние ребенка было уже стабильное на этот момент, давление было 110/70, что является для этого возраста нормой, уже не бледный, чуть порозовевший, с хорошей сатурацией в 98% не на кислороде, пульс, конечно, частил, но рвоты и актов дефекации не наблюдалось. Юридически я передал больного другой бригаде и мог бы уходить, но я, быстро собрав укладку, мусор и пустые кислородные баллоны с кри-1, спустил их машину и вернулся, чтобы помочь вынести мальчика. Этаж 8, есть лифт, но не грузовой, а пассажирский.

Я помог им спустить мальчика, с бабкой остались двое полицейских, а двое других помогли нам в транспортировке, за что им огромное человеческое спасибо. Да и приехали они быстро. Поэтому с тех пор мое, в принципе хорошее, мнение о работе полиции укрепилось. Верно говорят - "Моя полиция меня бережет".

После всех событий я вернулся на подстанцию, чтобы пополнить укладку, взять новые баллоны с кислородом. У меня были сутки, но в ночь, к моей большой радости, ко мне пришел фельдшер 2-ым номером. Утром я сидел в кабинете заведующего и писал реально километровую объяснительную о ситуации, возникшей на этом вызове, ведь, скорее всего, объяснительную и карту вызова будет запрашивать следственный комитет. Через неделю старший врач звонил в стационар и выяснил, что мальчик жив, перенес операцию, но продолжает оставаться пока в реанимационном отделении, так как из-за сумасшедшей бабки и ее лечения, препятствий к госпитализации ситуация со здоровьем мальчика осложнилась.

Потом, спустя несколько дней, на подстанцию пришла мать мальчика. Это был первый раз в моей практике, когда родственник приходил на ПС по мою душу. Я как раз был на обеде, слышу, вызывает меня заведующий. Вхожу в кабинет, вижу незнакомую женщину. Она представляется и вручает мне 3 тортика к чаю и банку хорошего растворимого кофе. Она долго благодарила меня и всех, кто спасал её сына. Благодарила за то, что не бросили его. А как же по-другому? Это ведь и не по инструкции, и не по-человечески!

источник

Два фельдшера и водитель бригады отказались возвращать домой пациентку с коронавирусом в тяжелом состоянии. Они получили выговоры и были лишены премии, рассказала фельдшер Анна Воеводина.

«Катали в машине скорой помощи тяжелую больную с диагнозом СOVID-19. Двусторонняя пневмония, поражение 80%. Кт-4. Именно «катали», так как нигде не брали (ковидные госпитали), даже отказ нам не писали. Написан отказ в одной больнице, в другой на словах, даже не смотрели больную дежурные врачи.

Сатурация 79−82. На кислороде надышали до 94, десять минут — и снова падает (критическая сатурация). Звоним своему главному врачу, а она (через диспетчера) говорит везти домой. Это как?

На тот момент мест не было. Кислород в машине закончился. Ну что же, мы поехали к областной администрации города Владимир, постояли там и нам нашли место через 27 минут, точнее, нашей больной", - рассказала Воеводина.

Молния!

БРИГАДА СМП, КОТОРАЯ РАДИ СПАСЕНИЯ ПАЦИЕНТКИ ПРИВЕЗЛА ЕЕ К АДМИНИСТРАЦИИ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ, ПОД УГРОЗОЙ УВОЛЬНЕНИЯ

Не перестаю поражаться цинизму, в котором погрязло наше здравоохранение. «Система» нашла стрелочников, виноватых в том, что в больницах Владимирской области не хватает мест для ковидных больных, а бригады скорой помощи часами не могут госпитализировать тяжелых пациентов. Оказывается, это медики ОСМП из г. Радужного.

Вот что написала нам вчера вечером фельдшер Анна Воеводина.

«Здравствуйте. Никогда не жаловалась и не обращалась особо за помощью, но тут не знаю что делать.

17 октября в районе 4-5 часов (утра) катали в машине скорой помощи тяжелую больную с диагнозом СOVID-19. Двусторонняя пневмония, поражение 80%. Кт-4.

Именно «катали», так как нигде не брали (ковидные госпитали), даже отказ нам не писали. Написан отказ в одной больнице, в другой на словах, даже не смотрели больную дежурные врачи.

Сатурация 79-82.

На кислороде надышали до 94, десять минут - и снова падает (критическая сатурация).

Звоним своему главному врачу, а она (через диспетчера) говорит везти домой. Это как?..

Диспетчер обзвонил все ковидные госпитали области, на тот момент мест не было.

Кислород в машине закончился.

Ну что же, мы поехали к областной администрации город Владимир, постояли там и нам нашли место через 27 минут, точнее, нашей больной.

Итог такой, что теперь главный врач требует от нас объяснительные, хотя сама говорила везти больную домой.

Занялась этим делом прокуратура, которая дала предписание.

А сегодня стало известно, что будут решать, выговор нам или уволят.

Что нам делать? Что посоветуете или подскажете?»

Стали разбираться. Выяснилось, что за приезд к администрации вся бригада (два фельдшерам и водитель), а также диспетчер, уже получили выговоры и были лишены стимулирующих выплат. (Фото приказа прилагаю).

Отмечу, что людей наказали фактически за действия, направленные на спасение жизни пациентки в условиях организационного бардака в областном здравоохранении.

Но этого оказалось недостаточно. Теперь в больницу поступило предписание прокуратуры с требованием привлечения к дисциплинарной ответственности лиц, виновных в возмутительной «акции» у областного правительства, и главврач снова затребовал у всех четырех сотрудников объяснительные.

Лично я считаю, что к ответственности должна быть привлечена главный врач, «рекомендовавшая» бригаде везти пациентку с 80-процентным поражением легких и критической сатурацией обратно домой, а не бригада, добившаяся в итоге ее госпитализации.

Однако у прокуратуры, похоже, другое мнение. С одной стороны, в своем предписании она подтверждает, что бригада получала отказы в госпитализации: «Сотрудникам бригады скорой помощи было принято решение о транспортировке пациента в ГБУЗ ВО «ГБ № 6 г. Владимира», а далее в ГБУЗ ВО «ОКБ». Однако в обоих медицинских учреждениях им было отказано в госпитализации пациента по причине отсутствия койко-мест, после чего они проследовали к администрации Владимирской области».

В то же время, прокуратура заявляет: «Проверкой установлено, что правовых оснований у бригады скорой помощи транспортировки пациента к зданию администрации Владимирской области не имелось, более того, это могло создать угрозу жизни и здоровью ***».

Вот так!

Оказывается, бригада пыталась угробить пациентку, а не спасти ей жизнь, даже ценой риска вызвать гнев высокого начальства. Я понимаю, конечно, что руководству Владимирской области крайне неприятно, что в течение нескольких месяцев это уже третий случай, когда медики именно таким вот образом пытаются ускорить госпитализацию больных, а катастрофическая ситуация с местами в ковидных стационарах региона предается огласке. Но зачем прокуратуре играть в эти игры?

Я, кстати, специально попросил Анну пояснить, как можно рассматривать ожидание койко-места для пациентки именно у администрации области с точки зрения логистики. На что она сообщила, что в условиях неопределенности, куда в конечном счете будет госпитализирована пациентка, дислокация автомобиля СМП у здания областного правительства была наиболее оптимальна. В трёх минутах от него находится городская больница № 2, где тоже на тот момент был ковидный госпиталь.

Кроме того, маршрут по улице рядом со зданием областной администрации более удобен через центр города, где много лежачих «полицейских» и пешеходных переходов. Именно маршрутом через обладминистрацию двигался автомобиль бригады от ГБ № 6 (где делали КТ больной и где, бригаде отказали в госпитализации) в областную больницу (где тоже отказали в госпитализации пациентки).

Все это хорошо видно на карте навигатора (тоже прилагаю)

Юридическая служба профсоюза «Действие» взяла ситуацию под свой контроль. В ходе подготовки объяснительных, кстати, всплыли факты, свидетельствующие, с нашей точки зрения о признаках халатности в действиях (бездействии) должностных лиц администрации горбольницы в г. Радужный.

Уже вынесенные выговоры будут оспорены в судебном порядке.

Но, безусловно, нужна общественная огласка всей этой ситуации. Всех прошу о помощи. Не дадим честных работников скорой помощи в обиду!

отсюда

Пять лет пролетели, а кажется совсем недавно пришел в скорую помощь. Работа водителя скорой нелегка: огромная ответственность за имущество (полная материальная), ночные смены без отдыха, переноска больных, хотя и не должны их носить, но как не помочь пигалице - фельдшеру? Постоянные переработки ( бесплатные). И все равно возвращаешься домой замученный, уставший, но довольный. Какая то особая атмосфера царит на подстанции, добрая, семейная. Но зарплата к сожалению, с каждым годом становится меньше и меньше, а цены все выше и выше. В общем сегодня последний день моей двухнедельной отработки, но уходить тяжело, этот коллектив самый лучший, что я встречал... Прощай, Скорая помощь.

Много раз видел , как машины пропускают скорую или пожарных. Как Моисей через расступившееся море.

Сегодня в час пик на оживленном перекрестке стоял на светофоре. Метров за 200 едет скорая с мигалками, а уже загорается зеленый для пешеходов. Так хоть бы кто пошевелился по обе стороны, а было человек по 15 с каждой. Все дружно подождали, как проедет скорая и уже под конец зеленого на желтый быстренько перебежали дорогу. Как-то хорошо стало. А то смотрю, на пикабу постоянно показывают нехороших людей , не пропускающих скорую. Создается впечатление, что их много. Но нет, много хороших людей. Сам убедился.

Поступил очередной вызов на 03.

Повод: странно себя ведет.

У подъезда встретила расстроенная женщина. Рассказала что муж строитель, работы не было, вот и «сидел на стакане» пару недель. А тут вот… Сейчас сами посмотрите.

В квартире на кухне видим тещу больного, явно шокированную происходящим, и самого виновника – старательно выламывающего половые доски. Мужик поясняет, что в перекрытиях есть полости и там плачут маленькие дети и хотят пить.

Мужик крупный, да еще и с молотком + тесная кухня. Нужно его как-то выманить оттуда.

Предлагаю мужику пройти к нам в машину за лестницей, и с улицы добраться до полостей - будет проще. Мужик было задумался, а потом говорит: да нет, оттуда точно не получится… И давай снова пол ковырять… И тут наш доктор психиатр говорит: ну что ты мучаешься с этим молотком, у нашего водителя есть нормальный лом, пошли…

Теща мужика посмотрела на доктора так, как будто они вместе с больным пили эти 2недели, а потом на пару белку поймали. А мужик даже немного обрадовался, и рванул к выходу.

Но без боя не обошлось, пока вязали, поломали что-то типа тумбочки для обуви.

Мужика доставили в наркодиспансер.

Везу ребёнка в областную ДКБ. Уже час продраться не можем. И хоть заморгайся мигалками, хоть завойся сиренами.. Обочечникам нужнее..

Наконец то! Мнение диванных экспертов в этот раз в расчёт не приняли.

В районе метро Пражская у ТЦ Коламбус мужчине стало плохо и он потерял сознание. На место была вызвана бригада скорой помощи, которая незамедлительно приступила к реанимационным мероприятиям. Мужчину на автопульсе довезли живым до стационара и госпитализировали.

Однако же кто-то из очевидцев решил пожаловаться на скоропомощников — жалобщику показалось, что в работе бригад имеются недочёты: неправильно или не так эффективно проводили реанимацию, не применяли дефибриллятор тогда, когда это казалось "эксперту" со стороны необходимым, и не столь быстро прибыли на место вызова.

В жалобе содержалась ни много, ни мало, просьба рассмотреть порядок оказания помощи.

Однако администрация ССИНМП внимательно изучив действия медработников и проведя служебное расследование, приняла решение... объявить сотрудникам благодарность и премировать их за высокий профессионализм и качество оказания медицинской помощи.

За это время он должен был оказать помощь пациентке и успеть довезти её до больницы в центре столицы. В ответ медик пожаловался, что его машина не умеет летать, у водителя нет лётных прав и ему не выделили воздушный коридор для облёта пробок.

Конфликт между руководством московской скорой помощи и врачом-реаниматологом возник из-за вызова от 9 августа. Тогда медикам пришлось экстренно выдвинуться из столицы на помощь женщине, попавшей в аварию в Новой Москве. У пострадавшей были серьёзные травмы: переломы рёбер, ушибы внутренних органов и множество других повреждений. Для того, чтобы добраться до раненой, врачу необходимо было преодолеть сначала 17 километров пути с предыдущего вызова, а затем ещё около 50 километров до Склифа. По нормативу, на весь вызов с момента прибытия на место ЧП ему было выделено 16 минут.

Как указал позже в своей объяснительной врач, только оказание помощи на месте аварии заняло у него 29 минут. Общий километраж, который ему было необходимо проехать – 67 километров. И – пробки, много пробок, которые значительно замедлили передвижение. Поэтому о соблюдении норматива речи идти не могло.

«На автомобиле «Мерседес-Спринтер» класс «С» конструктивно не предусмотрена система вертикального взлёта и посадки…»

«Дневной водитель не имеет действующего сертификата лётной годности…»

«Радиостанция данного автомобиля имеет рабочую частоту, отличную от частоты диспетчеров «Внуково-Круг»… что необходимо для обеспечения безопасного воздушного коридора».

Источник: https://t.me/bazabazon

UPD: пресс-служба московского департамента здравоохранения опровергла сообщение о том, что врача скорой помощи в столице заставили писать объяснительную за опоздание на дальний вызов.

https://ria.ru/20210812/skoraya-1745531221.html?utm_source=y...

- Пять-семнадцать вызов срочный! Пять-семнадцать! Дима! Быстрей, пожалуйста! - Тревожно выпалила диспетчер по громкой связи.

Кубики выпали из моей руки и брякнули по деревянной поверхности, а через секунду я уже и не помнил, что играл с Вадиком в нарды. Когда опытный диспетчер таким тоном объявляет вызов, значит надо "рвать когти".

Повод: "11 Мес. УМИРАЕТ..."

Вот именно так и было написано. Ребенку 11 месяцев от роду, и он, по какой-то причине, умирает.

Я схватил карточку вызова и выскочил во двор подстанции.

- Сейчас педиатры заняты, как освободятся я их к тебе отправлю. - крикнула вслед диспетчер.

Водитель и помощница Лида уже сидели в машине.

- Дядь Серёж. ул. Марченко 11. Гони! - сказал я водителю, и мы погнали.

Было лето.

Странно. Если бы мы с такой скоростью и виражами по городу ехали не на вызов, а просто катались, то мне было бы не по себе. Но в такие моменты, когда торопишься на вызов и цель твоя быстрее доехать, то и внимания не обращаешь на опасность.

Откуда-то выскочивший велосипедист в наушниках дико офигел, когда водитель крикнул ему в матюгальник "С ДОРОГИ!".

Велосипедист упал с велосипеда и, ползком на пятой точке, пополз в сторону тротуара волоча за собой велосипед.

Пятый этаж пятиэтажки.

"Как всегда, блин! - подумал я забегая по лестнице, - ладно хоть пациент маленький, и в случае госпитализации нести его легче с пятого этажа".

Дверь в квартиру заперта.

Звонок. Слышу детский плач за дверью. Дверь открылась.

Молодая мамочка 22-25 лет на вид держала на руках вполне себе живого малыша, который чуть-чуть плакал, но смотрел на нас с любопытством.

- Здравствуйте. Кто больной? - бестактно выпалил я.

- Вот. - Мамочка показала нам ребенка. - Плачет уже час. Наверное болит у него что-то...

Горько и в то же время облегченно вздохнув, я только сейчас обратил внимание, что у меня одышка после бега, а сердце стучит где-то в шее.

- Давайте посмотрим малыша. - сказал я переведя дух.

Малыш, почему-то, очень нами заинтересовался, плакать перестал, а увидев блестящую головку стетоскопа так и вовсе заулыбался.

Все оказалось в порядке. Причина детского плача, скорее всего, была в недостатке внимания. Кроме мамы и малыша дома никого больше не было.

- Смотрите. - я показал карту вызова матери ребенка. - Видите? Написано: "УМИРАЕТ". Зачем Вы так? Мы чуть велосипедиста не задавили когда к вам гнали.

- Это не я вызвала... - виноватым голосом ответила мамочка. - Это свекровь. Она на работе сейчас. Просто когда он расплакался, я ей позвонила. А она через полчаса перезвонила мне, Ванечка продолжал плакать. Она сначала на меня накричала, а потом Вас вызвала.

- Привет ей передавайте, - ответил я.

Телефон в кармане завибрировал. Звонил педиатр.

- Алло?

- Дим, мы нужны ещё? - Спросил доктор.

- Нет. Тут и мы-то не нужны особо. Слава Богу. - ответил я и положил трубку.

Вернувшись на подстанцию, я услышал историю о том, как одна бригада ездила на вызов к ушибленному велосипедисту, которого, с его слов, чуть не сбила скорая.

Берегите себя.

С уважением, фельдшер.

Где-то часа в 4 утра за домами начала лаять собака. Часам к 5 её лай усилился. Люди стали вставать на работу, с раздражением слушая этот истеричный лай. Около 5 утра потянулись из домов на работу жильцы.

Первыми, вышедшими за пределы домов людьми, были мужчина и женщина, видимо, муж и жена. Они решили всё же посмотреть, что за собака так орёт всё утро.

Пройдя совсем немного в сторону гаражей, они увидели её. Она всё так же лаяла, причем мордой повернувшись к домам. За ней, на земле лежал человек. Мужчина с женщиной побежали в сторону собаки. Было понятно, что она зовет людей.

Но чем ближе они подходили, тем больше собака лаяла на них. И лай становился агрессивным. Это была овчарка, собака серьезная. Близко не подойдешь. Женщина предложила вызвать скорую.

Скорая приехала быстро. Они подъехали близко, двое медработников вышли из машины. Женщина предупредила, когда звонила, что там собака не подпускает.

И когда они двинулись в сторону человека, то тоже крикнула им про это. Но собака перестала лаять, как только увидела скорую. Она подошла к хозяину и села рядом.

Два медика подошли к человеку достаточно близко. Собака сидела не шевелясь.

-Что будем делать?

-Вроде умная, подпустила. Я подойду . Если что - баллончиком брызни.

Врач аккуратно поставил ящик с лекарствами, присел на корточки около человека, поглядывая на собаку. Собака молча смотрела.

Пульс был, но слабый. Мужчина, довольно молодой, лет 35, большая кровопотеря. Ранение в область живота. Один из медиков открыл чемоданчик с лекарствами, быстро сделал перевязку, другой набрал два шприца, быстро сделал уколы. Собака внимательно наблюдала.

К этому времени собралось уже немало зевак. Но стояли они на расстоянии метров в 10. Никто не решился подойти ближе.

Один из медиков сходил за каталкой. Они аккуратно положили мужчину, загрузили в машину. Собаку взять было нельзя. Она смотрела на них, они на неё. Но инструкция... Да и что дальше?

Скорая аккуратно поехала по неровной дороге. Собака бежала рядом...

До больницы было недалеко. Всю дорогу овчарка то отставая, то догоняя, бежала за машиной. Перед шлагбаумом больницы скорая остановилась. Охранники подняли шлагбаум, скорая заехала на территорию. Водитель сказал одному охраннику:

-У нас мужчина с ранением.Это его собака.

-Я понял, а что я сделаю? - и глянув на собаку, шикнул - А ну стой! Фу! Нельзя! Сидеть!

Этот набор команд немного сбил овчарку с толку . Но она остановилась, села перед шлагбаумом и только взглядом провожала эту машину.

Просидев около часа в ожидании, она легла поближе к краю забора, чтобы не мешать проезжающим машинам.

Охранники сначала смотрели за ней, чтобы она не шмыгнула на территорию. Но потом, поняв, что она будет ждать тут, уже просто иногда поглядывали в её сторону.

-Что делать-то будем?

-Ничего, а что ты предлагаешь?

-Так она тут сколько лежать-то будет?

-Да кто её знает? Может полежит да уйдет.

-Не.. Она умная, вроде. Неужели ждать будет?

-Да сколько ждать? Если там всё плохо, так и не дождаться может.

-Вот ведь... Беда.. Может, ей поесть дать чего?

-Ага! Ты прикорми её тут, а тебя потом уволят.

-Да, что делать-то?

-Ничего. Посмотрим, может сама уйдет. А не уйдет-тогда и будем решать.

Наступило утро. Овчарка так и лежала у въезда. Охрана должна была поменяться. Пришедшим объяснили ситуацию. Один из тех, кто сменился, сказал:

-Я пойду, узнаю, что там с мужчиной. Да ситуацию объясню. Чтоб отлов не вызвали случайно. А то по камерам посмотрят..Да может принесу ей что поесть...

-Не прикармливай тут!

-Не, пусть сдохнет тут под забором!

Собака внимательно смотрела на говорящих и смотрящих на неё людей.

Прошло минут 40. Ушедший за новостями охранник вернулся.

-Ну что? Что там с мужчиной?

-Прооперировали. В реанимации. Говорят, что более-менее. Вот, в столовой стребовал остатки..- мужчина принёс в пластиковой тарелке котлету, сосиску, а в другой глубокой миске воды.

- Но тут кормить нельзя... Иди сюда, - позвал он собаку, ставя миски под дерево у края дороги.

Овчарка внимательно смотрела на него, не двигаясь с места.

-Иди, ешь. Хоть воды попей. Возьми! Можно! -мужчина пытался вспомнить команды.

Овчарка встала, но с места не двигалась. Было явно видно, что она думает. Она смотрела на человека, на миски, на шлагбаум. Села.

-Ну, как хочешь, -мужчина отошел от дерева и подошел снова к будке.

Собака медленно встала и подошла к миске. Понюхала, жадно начала лакать воду.

Прошла неделя. Хозяина этой умной собаки уже как два дня перевели в палату. Он потихоньку поправлялся. Спросить про собаку было не у кого. И от этого было очень тоскливо.

Они жили вдвоём после того, как он ушёл в запас по ранению. Вместе служили, вместе ушли на гражданку. Он очень надеялся, что такая умная собака не пропадёт.

Овчарка тем временем переместилась от забора к деревьям. Оттуда было так же удобно наблюдать за въездом. Охранник её подкармливал понемногу. Ему пришла мысль, что можно сходить к хозяину и сказать, что собака тут, у больницы сидит. После смены он пошёл в отделение, где лежал мужчина.

Охранник вошёл в палату. Там было четыре кровати, на двух лежали пациенты. Один был лежачий, другой ходил, видимо, поэтому был в тренировочном костюме.

-Здравствуйте, -охранник обратился к лежачему - Вы Фомичёв Алексей?

-Здравствуйте, да, я. Что случилось?

-Я охранник этой больницы, не волнуйтесь! Ничего плохого, наоборот, хорошее! Это Ваша овчарка была?

-Почему была? -с тревогой в голосе спросил Алексей.

-Ну я неправильно выразился, простите. Она и есть! Она всё это время на въезде лежит. Сейчас, правда, отошла чуть дальше, но не уходит. Мы её подкармливаем немного.

Алексей закрыв глаза, улыбался и покачивал головой из стороны в сторону.

-Что? Не Ваша?

-Моя, моя! Альма моя... Мы служили вместе. Она дрессированная. Умная очень.

-Да мы уж поняли, - охранник улыбался. Ему было так радостно, что так решилась ситуация.

-Могу я Вас попросить? Дайте мне салфетку с тумбочки.

Охранник дал салфетку. Алексей потер об неё руки, вытер лицо.

-А теперь возьмите пакетик целлофановый, я туда салфетку положу. Отнесите её Альме, пожалуйста, она поймет!

Охранник вышел с территории больницы, подошел к деревьям где дежурила Альма. Она увидела в его руках пакет. Встала. К рукам она так и не подходила. Он положил пакет на землю, раскрыв его. Отошел в сторону. Альма подошла к пакету. Долго, очень долго она нюхала эту салфетку. Потом, аккуратно вытащив её, отошла под дерево, легла, положила салфетку на лапы и голову сверху.

Послесловие. Альма дождалась хозяина. Было столько радости, что и описать нельзя! Они не раз выручали друг друга и знали, что нужно ждать. Она дождалась!

(Очевидец)