Вот уже пятый год живу вместе со своим дедом. Ходит он плохо, но соображает довольно живо. Ему уже почти 90. Это большое счастье, когда человек стареет телом, но не головой. Родной брат деда поехал кукухой примерно в тот же срок, когда у моего деда сильно забарахлили ноги. А у брата руки ноги как у спортсмена, а в башке манная каша. Ловили брата по городу и за городом. Носился как угорелый на работу, на которой уже сто лет не работал, да и почитывал одну и ту же газету 10-ти летней давности каждый день.
Мать моя - его дочь, присматривать за своим отцом не хочет, ей не до этого, а я вырос без отца и дед заменил мне мужского родителя во всех отношениях.
Так и живём: моя Жена, моя дочь (его правнучка) я и дед. Дочке нравится иногда с прадедом возиться, когда он рассказывает разные небылицы, да в шахматы играть. А дед и не нарадуется что дожил до 11-летней правнучки. Сам он из детдом, а родители его погибли. Отец на фронте, а мать от тифа.
Голод всегда присутствовал в его жизни и он никогда не имел ни одного лишнего килограмма. Сухенький такой, поджарый, но сильный.
Даже с больными еле ползающими ногами и будучи слепым на один глаз, он моет посуду, меняет себе себе памперсы, стирает трусы, поливает цветы и подметает. Запретить ему это делать просто нельзя.
Иногда, приходя домой, я замечаю, что дед ничего не ел. Как, почему? В холодильнике полно еды. Вот упаковка сосисок, вот яйца, вот творог, молоко, ветчина, сыр, хлеб. Он особо не отвечает, но склоняется что мол не хотел. И через како-то время я понял где собака зарыта. Он не хочет или не может открывать неначатые продукты. Психология такая что-ли годами выработанная. Если пачка сосисок не вскрыта, он не станет ее открывать.Если творог не тронут, а молоко не открыто он не станет пить есть. Масло не открыто, а хлеба буханка не отрезана ни разу он не сделате себе бутер. Не позволяет ему что-то. А говорить с ними стариками бессмысленно. Злятся или смущаются и тогда уходят в себя. Надо с ними как с детьми - лаской или хитростью.
Я просёк это схему и теперь просто, принося домой любую еду сразу все упаковки вскрываю. Сосиски, творог, масло, отрезаю кусок хлеба, чтобы все было как-бы начатое! И дед начал все это лопать на протяжении дня пока все на работе. Поднабрал вес. Стал повеселее. А то вообще без нас не ел.
Во такой лайфхак, если вдруг в вашей семье тоже живёт старый детдомовец, переживший сильнейшие годы военного голода.
Теперь просится, чтобы я его на дачу вывез пару ночей там пожить. Силы он в себе уже чувствует. Да вот только тут хитростью не получится. Там пороги такие, что не перешагнет их он. Его одного там не оставишь. Видимо придется съездить с ним на выходных, если сможем его с 5го этажа на лифте спустить до машины...
с любимым дедом.
Когда мне было лет 5-6, дед принес домой две 3-литровых банки пива. Сел на кухне, налил, пьет. Подошел я, попросил налить себе. Дед подумал и... Налил. Из второй банки. Я попробовал, и... понравилось! Понятно, почему взрослым так нравится пиво. И только спустя годы я понял, что во второй банке был квас. Хитрый дед!
На фото мой дед, Жуков Григорий Варфоломеевич, воевавший в 49-й тяжёлой миномётной бригаде. Эту фотографию он прислал с фронта 80 лет назад своему трехлетнему сыну, ещё не зная, суждено ли вернуться домой, и когда это случится. У деда военная судьба сложилась удачно, он пришёл домой с медалью За боевые заслуги, с ранением. Долгие годы был учителем, позднее директором в сельской школе. До сих пор помню, как уважительно обращались к нему односельчане. Давно нет в живых ни деда, ни моего отца, которому было адресовано фото, но осталась память и чувство сопричастности. Поздравляю с праздником всех, к нему причастных!
Полная женщина, чуть старше средних лет, в метро стоит, облокотившись плечом на двери с надписью "Не прислоняться".
Пьяненький дедок ей: -"Милая, зря ты так! Написано же - не прислоняться!"
Женщина: -"Я проезд оплатила, как хочу, так и стою! Ещё тебя, алкаша, не спросила!"
Выпала на Парке Победы.
Нормальные люди даже враждуя ведут себя по-человечески, не переходят определенных границ и стараются договориться.
У одного моего приятеля и коллеги лет 30 назад где-то на юге жил дед. Дед жил и хозяйствовал в этаком родовом гнезде - большом доме на здоровенном участке земли, расположенном на берегу большой реки. У него было трое детей, две дочери и сын.
Дочери жили недалеко от деда и по мере возможности ему помогали, впрочем стараясь не встречаться друг с другом, так как жестоко враждовали с самого голожопого детства. Сын же дедов давным давно перебрался с юга на север, да тут, у нас, и осел. Прижился настолько, что и думать забыл о возвращении в благодатные южные края, впрочем сына своего, моего будущего коллегу Валеру ежегодно на каникулы отправлял деду под крылышко, в компанию двоюродных братьев - сестер. Дочери дедовы хоть и враждовали между собой, но детей своих в эти дела не впутывали и те дружной толпой, Монтекки вперемешку с Капулеттями, хулиганили в окрестностях дедова "имения".
Когда Валера подрос, то регулярно ездить к деду он перестал, однако долю малую от южных урожаев получал бесперебойно. И эта малая доля была такой, что и на меня хватало. По нескольку раз за лето мы с ним ездили на вокзал, встречали южные поезда, получали у проводниц переданные ништяки и перли их к Валерьяну домой. А там его родители в очередной раз вздыхали на тему "куда все это девать?" и я в очередной раз тащил к себе домой разнообразные дары юга. То варенье из черных абрикосов, то баллон с домашним винишком, то просто какие-нибудь экзотические для наших северов фрукты.
Когда случилась кульминация этой истории Валерьян у нас уже не работал, но в гости периодически захаживал. И вот в очередной раз пришел и докладывает - теперь я буду землевладельцем и земледельцем потому что дед мой умер и все наследство досталось мне.
Это как это? - спрашиваю - там ведь кроме тебя туева хуча наследников.
А вот - отвечает - тетки с отцом моим после похорон сели и порешали, что ни одной из них, ни их детям наследство достаться не должно, чтобы вторая себя обделенной не чувствовала, отец же сказал, что ему дом и участок не упирались никуда. Совместное владение для теток тоже не вариант. Продавать и делить не захотели потому что родовое гнездо и у всех с ним связаны воспоминания детства. Вот и сошлись все звезды на мне.
А я взял и не отказался! Теперь уеду туда, буду там жить и хозяйствовать, а родственники ко мне в гости приезжать будут.
Так и получилось. До сих пор там живет. А родня и уже их дети периодически и не слишком часто приезжают погостить.
Так что нормальные люди даже враждуя ведут себя по-человечески, не переходят определенных границ и стараются договориться.
Лежу в больнице, вокруг меня одни бабушки и дедушки. Услышала разговор, как дедуля подкатывает к бабуле: "Не хотите, я Вас пирожком угощу?". Она ему отвечает отказом. Он в ответ: "За фигурой следите?". Она ему ничего не ответила. А он от неё не отстаёт: "Ну и что? Поверьте, я раньше был молодой и красивый. Это сейчас я просто красивый". После они уже сидели и ворковали:)
«Раньше я был стеклодувом, и до сих пор занимаюсь этим как хобби.
Однажды мой внук попросил сделать ему необычную "вазу" на Рождество, и дал мне фотографию бонга. Этот дебил думал, будто я не знаю, что это. Поэтому я сделал для него здоровый стеклянный х*й.»
Мой дедушка, яростно верующий узбек-мусульманин, влюбился в мою бабушку, не менее яростную православную христианку, русскую. Предложение делал в стиле «откажешь, себя зарежу». Бабушка его «пожалела», несмотря на протест своих родных. Его родные предложили вывести ее в старый город (глиняные джунгли) в Ташкенте и «потерять».
Он взял бабушку за руку и молча от них ушел. Семеро детей, до смерти вместе. Любили спорить - чей бог божественнее. Но у бабушки был моральный перевес: дедушка обожал сало и ел его втихую в погребе, за коим занятием бабушка очень любила его заставать.
— И что твой Бог? — спрашивала она ехидно.
— Бог един, — отвечал дед, быстро дожевывая.
A y нас, мелких поганцев-внуков было свое развлечение: сдать дедушке место, где бабушка спрятала сало, а затем сдать дедушку бабушке.
Автор - Марина Травкова.
