На родительском форуме обсуждение на тему: "В каких песнях ваш ребенок слышит не то,что поётся на самом деле?"

Не песня, но вариант отличный!
"Отче Наш, ежа неси, но не беси".

Похолодало. Хочу сложить вентилятор сложить и убрать, что бы не пылился.

Говорю мужу:

- Давай его в этом году разберем? Выдернем ноги (там крестовина такая, нужно резко дернуть, что бы вынуть из пазов),  голову в пакет, а ноги с туловищем в другой?

Сын(9 лет) выглядывает из свое комнаты:

- Это вы про меня?

Пы.Сы. Никто дитя не обижает.

Решил тут недавно устроить для дочурки-пятилетки приключение - "поиск клада". Взял кулёк советской мелочи, бижутерии какой-то старой, все это сложил в коробку. Коробку прикопал в лесу при случае, когда на рыбалку ездил. Нарисовал типа старинную карту из нескольких частей. В один из выходных подстроил так чтобы она "случайно" эту карту нашла.

Поехали мы, значит, на поиски остальных частей карты и клада. Все отлично, карта собрана, клад тоже в итоге найден, радости полные штаны, дочь счастлива. Надо ехать домой.

В процессе разворота в лесу не углядел в зеркала высокий пень - замял об него заднюю дверь (лошара). Выхожу, изо всех сил сдерживаюсь чтоб не разругаться последними словами. А дочь прыгает рядом все такая же радостная и счастливая:

- Пап, да и ладно - мы же клад нашли! Мы теперь на эти сокровища и дверь отремонтируем, да и вообще... если хочешь - новую машину тебе купим!!!

Я: Конечно, доча... конечно...

Читаешь, например, какое-нибудь мамское сообщество.

Вопрос:

- Мамы, которые совсем одни, как вы успеваете ребенка перед офисом в сад закинуть, а после офиса вовремя забрать?

Ответ:

- У меня утром муж в сад отводит, а вечером няня забирает. Успеваю дома поработать и ещё вечером ребенку внимание уделить. Не понимаю как можно не найти времени для своего ребенка?!

Сижу с собакой. Подходит какой то мальчик лет 6 начинает гладить собаку и чего то говорит по венгерски. Я говорю что венгерский не знаю. Он собирает все свои знания английского показывает на собаку и гордо произносит good cat

У лежащих в роддоме скорее рано, чем поздно заходят разговоры о выбранных именах для новых людей. Из невероятных Спартаков, Соломонов, Кассандр однозначным победителем стало для меня желание молодой мамы по фамилии Чай назвать дочь Мелисса.

— Вы что с ребенком сделали? Он весь вечер проплакал из-за боли в ладонях! — кричала мамаша на всю раздевалку так, что некоторые, пришедшие на занятие впервые, начали собираться домой.

— Это мозоли. Ваш сын пришел заниматься спортивной гимнастикой, а не шашками. Чего вы хотели, отдавая его в спорт? — оправдывался тренер.

— Ему восемь лет! Должны быть специальные средства, защита от таких вот мозолей!

— О чем вы? Какие средства от мозолей? Сейчас кожа огрубеет, покроется коркой и их будет меньше. Нужно потерпеть, иначе никак, — Федор Иванович, заслуженный тренер, разводил руками.

— Потерпеть? Вы с ума сошли? Все, мы у вас больше заниматься не будем, пойдем в частный спортзал, где подобное не допустят!

Год за годом гимнастическая школа становилась все более похожей на фитнес-центр. Олимпийское золото уже мало кого интересовало, имена чемпионов прошлого и настоящего меркли наряду с известными блогерами, медийными личностями и другими более популярными спортсменами вроде футболистов. Тренеры все больше начали походить на обслуживающий персонал, родители сами диктовали им, как нужно проводить тренировки и как разговаривать с детьми.

Федор Иванович растерял почти всех учеников и был снят с оклада вместе со многими коллегами. Результатов школа не давала, как ни старалась. Дело шло к закрытию.

Однажды Федор Иванович вообще оказался в легком ступоре, закончив работать в обед. Он выпустил очередную группу дошколят, не желающую идти в спортивный класс, а других спортсменов на горизонте не наблюдалось.

Давно он не прогуливался по улицам в будний день так рано, было весьма непривычно. Обычно тренировки начинались с самого утра и заканчивались поздним вечером. Кроме матов и спортивных снарядов Иваныч видел только закаты и рассветы, а тут целый мир вокруг — такой молодой и жутко деловой.

Игнорируя общественный транспорт, Иваныч побрел домой через дворы и гаражи, спешить было некуда. Минуя большую часть пути, он вышел на старый заводской стадион, где кроме бегунов-однодневок по вечерам на трибунах проводили свой досуг некоторые безработные жильцы близлежащих малосемеек.

Путь к дому шел через спортплощадку, которую чудом еще не сдали на металлолом.

На брусьях курили и громко матерились какие-то школьники, их грязные портфели валялись на земле. «Должно быть, ребята из малосемеек», — подумалось Федору.

— Эй, шпана, почему не в школе? — поинтересовался тренер.

— А тебе какое дело? — рявкнул тонким голоском один из пацанов, на вид — лет десяти.

«И правда, какое мне дело? Это же не мои ученики», — подумал Федор, а сам сказал:

— Тебя что, родители не научили тому, как со старшими разговаривать? И про уважение не рассказывали?

— Шел бы ты, дядя, не тебе мне про уважение чесать, — сплюнул пацан на землю.

— Чего-о? — Иваныч начинал выходить из себя. Никто из детей никогда с ним так не разговаривал, даже те, которым родители в зад дуют.

— Да ты, сопляк, совсем оборзел? Может, мне тебя уважению научить?

— Чему ты меня научишь, старый козел? Ты же на полпути в могилу.

— В могилу? Старый? А ну, брысь со снаряда! — скомандовал своим привычным тренерским голосом Иваныч и, подойдя к пацану, потянул его за ногу.

— Ты чего, дядя? — соскочил тот, а следом за ним и его молчаливый друг.

Освободив брусья, Иваныч запрыгнул на них одним рывком и повис на руках. Сделав несколько сильных махов, он встал вертикально — голова внизу, ноги наверху.

— Ничего себе мужик дает! — подал, наконец, голос второй мальчишка.

После этого Федор соскочил со снаряда, сделав сальто назад. Правда, приземление получилось не очень удачное (возраст), да и практики не было уже очень давно. Он отделался легким ушибом колена, но не взвыл от боли, хотя и очень хотелось.

— Ого! Как это вы так сделали?! — резко перешел на «вы» тот, кто недавно дерзил мужчине, словно дворовому псу.

— Гимнастикой занимался, — не в силах сдержать одышку, гордо заявил мужчина, — и преподаю. Точнее, преподавал.

— А меня не научите? — подал голос второй мальчуган.

— Нет! — отрезал мужчина. — У тебя духу не хватит, на первой же тренировке взвоешь, мозольки на руках заболят.

— Пф, мозольки, — с этими словами парень показал свои ладони, они были все в кровавых волдырях.

— Где это ты так? — удивился тренер.

— Мы с Тимохой иногда подрабатываем у его дядьки, траншеи копаем вместо первых уроков.

«Так вот почему они не в школе».

— Спортсмены не курят, — начал искать новые оправдания Федор, уж больно ему не хотелось тащить всякую шпану в зал.

— Подумаешь, да мы бросим на раз-два, только научите нас так же! Мы тоже хотим сальто уметь делать, пацаны офигеют, когда увидят! — говорил один, а кивали оба.

Федор задумался.

— Ну пожалуйста!

— Чтобы так научиться, нужно каждый день ходить на тренировки, хотя бы на два часа.

Тут-то парни и задумались. Лица их поникли, а потом один спросил:

— А вечером ходить можно? Мы утром на работу ходим.

— Можно, почему же нет, — пожал печами Федор Иванович. Он вдруг увидел знакомый огонек в глазах этих невоспитанных сорванцов.

— Тогда мы завтра придем?

Мужчина вздохнул. Новых групп у него все равно в ближайшую неделю не предвиделось, а дома мариноваться желания не было.

— Бес с вами, приходите к шести, вот адрес, — достал он визитку спортшколы из рюкзака и всучил одному из парней.

Тот схватил и, смяв ее, сунул в задний карман.

Тренер усмехнулся и побрел домой. Он знал, что никто из этих двоих не придет.

— Иваныч, чего домой не идешь? — спросил на следующий день один из коллег, который тоже выпустил очередную группу.

— Да так. У меня тут ученики новые должны прийти, — усмехнулся, сам не веря своим словам, Федор.

— Еще одна партия тепличных неженок, — пробубнил в ответ коллега, — два-три занятия отходят, а ты из-за них торчи тут весь день.

— Может, и вообще не придут…

После этих слов в зал зашли двое вчерашних парней — лохматые, грязные, громко матерящиеся.

— Эти, что ли, к тебе? — с опаской спросил тренер.

— Да. Эти, — удивленно ответил Иваныч и подошел к мальчишкам.

— Пришли, значит.

— А то!

— Ну что ж. Идите переодеваться.

Началась тренировка. Иваныч решил сразу из них весь дух (а заодно и дерзость) вымотать, дав им полный комплекс: разминка, растяжка, подкачка, ну и десять минут батута.

— Ну что, все, сдулись? — спросил тренер в конце тренировки, глядя на раскрасневшиеся потные лица.

— А можно завтра мы на козле попробуем? — спросил один из парней, указав на снаряд.

Иваныч был в легком шоке, но, не подав виду, сказал:

— Это конь. Можно. Приходите к шести.

На следующий день он был уверен, что мальчишки не вернутся. Боль в мышцах должна была отбить всякую охоту, но парни вернулись. На удивление, они стали ходить почти каждый день, постоянно требуя научить их чему-то новому. Как только один из них научился делать сальто назад, учеников у Федора прибавилось. Через год у него уже была целая группа из не самых благополучных семей и домов. Многие, конечно, отсеялись и вернулись на улицу, но несколько человек все же продолжили тренировки, и на зависть остальным тренерам Иваныч впервые за последние годы поехал на областные соревнования.

Медалей его ребята не завоевали, но это только раззадорило пацанов, и они перевелись в спортивный класс. Тренировок стало больше, сдавались разряды, завоевывались первые грамоты.

Опыт Иваныча был перехвачен другими тренерами. Шпану собирали по всему городу. Этим ребятам не было нужно согласие родителей, никто за них особо не переживал. Никто, кроме их тренеров. Большинство парней, окончив школу, поступили в техникумы и институты, завязав с большим спортом, но достойно войдя в большую жизнь. А некоторые поехали на сборы, в их числе были и ребята Федора, их судьба уже была предопределена. Впереди маячил первый в их жизни чемпионат Европы.

Александр Райн

Два года назад, как и многие тогда родители, у нас был непонятный праздник, вроде выпускной у дочери, но как в тюрьме и в масках. Потом поступление в университет на бюджет, думали отстрелялись и можно расслабиться. Но хрен там плавал, от бабушки родной сбежала в общагу, потом узнаем, что познакомилась с парнем и живет у него! Обождите, опять свой карвалол отхлебну.
Закончила 1й курс, без степухи, да и хрен с ней, навестили, познакомила с мч, норм парень, ну и с легкой душой укатили домой, мы живем в Самарской области, г. Отрадный, маленький город, тихий и уютный.
И тут на!!!! Стрельба в универе, где учится моя дочь!!! потом выяснилось, что в соседнем корпусе, дрожь в руках у здорового мужика и узнал теперь как сердце болит, пидор ты стрелок! ненавижу, мразь!
Не знаю, что написать тем кому не так повезло. Болею за вас и соболезную.

В начальной школе в штате Флорида проводили День цветов колледжа. В этот день все ученики должны были надеть одежду с символикой своего любимого университета или колледжа.

У одного четвероклассника не было денег даже на футболку, поэтому он выкрутился из ситуации креативно: написал на листке инициалы Университета Теннесси и приклеил его к обычной оранжевой футболке (это официальный цвет вуза).

К сожалению, остальные ученики не оценили усилий и затравили его из-за бедности и самодельной футболки. После обеда мальчик понуро сидел за партой и в конце концов заплакал.

Этой историей поделилась в Фейсбуке учительница мальчика Лора Снайдер.

«Я знаю, что дети могут быть жестоки, я понимаю, что получилась не самая модная футболка, но этот ребенок использовал все ресурсы, которые у него были, чтобы принять участие в празднике», — написала Лора и попросила помочь ей достать футболку Университета Теннесси для мальчика.

Кто-то из педагогов решил поддержать ученика, тоже приклеив к своей футболке листочки с инициалами.

Все вышло даже лучше, чем можно было представить. Университет Теннесси выпустил футболки, кепки и джемперы с инициалами, нарисованными мальчиком,

Глава пресс-службы университета Тайра Элизабет Хог в комментарии Bored Panda сказала, что за несколько дней было заказано 16 тысяч футболок.