Когда я планировал купить жилье, выяснилось что у разных риэлторов на 1 и ту же квартиру в новостройке разная цена. Поэтому я обзванивал все фирмы, какие нашел, уточняя цену. Где то к 10 риэлтору мне сказали, что цена такая, но надо спешить, потому что спрос на эту квартиру чрезвычайный и все утро звонят, так что может вырасти. Так, я чуть не спровоцировал дефицит и рост цен в 1 лицо.
Олигарх говорит своей секретарше:
— Людочка, хорошие новости! Мы с тобой через неделю летим на Гавайи!
Секретарша звонит мужу:
— Дорогой, шеф посылает меня в командировку на несколько дней, меня не будет.
Муж пишет любовнице:
— Моя по делам укатывает. У нас с тобой впереди вся неделя!
Любовница звонит школьнику, с которым занимается на дому:
— Я тут приболела. Так что уроков пока не будет.
Мальчик радостно звонит дедушке:
— Дед, представляешь, у меня занятия отменили! Наконец-то мы с тобой сможем поехать на рыбалку!
Дедушка, влиятельный олигарх, говорит своей секретарше:
— Слушай, тут внук на рыбалку зовёт, так что давай перенесём нашу поездку.
Секретарша говорит мужу:
— Начальник перенёс мою командировку.
Муж — своей любовнице:
— Отбой. Командировку отменили, моя остаётся дома.
Любовница опять звонит ученику:
— Занимаемся как обычно.
Раздосадованный мальчик звонит дедушке:
— Училка оклемалась. Не получается с рыбалкой.
Дедушка — своей секретарше:
— Всё-таки едем!
Как водитель, я бы очень хотел лично поговорить с тем, кто придумал назвать сеть супермаркетов — «Перекрёсток».
P.S. А тем, кто вешает мигающие красные и зеленые вывески аптек в форме креста рядом со светофорами — просто дать в лоб.
Нашему ребёнку три года. Пользуясь советами психологов, о том что ребёнку необходимо давать право выбора, для того что бы избежать капризов, мы зачастую ему это право предоставляем, например, не хочет идти в сад, а мы ему говорим, в чем ты хочешь идти в сад, в футболке с акулой или с динозавром, или какую кашу будешь кушать, рисовую или гречневую, ну и так далее.
Сегодня, проходя мимо магазина, выдаёт: а что мне купим в магазине, мороженное или мармеладки?
Переиграл и уничтожил 😄
Недавно моя дочь подарила мне фенечку.
На 8 марта попросила меня закрыть глаза и вытянуть руку.
С тех пор я эту фенечку не снимала, разве только в душ.
Фенечки она плетёт давно, года три как. Но мне никогда не дарила. Я задумывалась, но не спрашивала почему. Подростки... Иногда к ним лучше не лезть.
Рассказала она мне совсем недавно.
Один из первых своих рукодельных браслетиков она сделала для папы. Вместе мы давно не живём и в один из приездов к нему в другой город она приготовила сюрприз.
Также закрыть глаза, также вытянуть руку, но, увидев подарок, папа не обрадовался. Сказал: "извини, доча, но я это не возьму и носить не буду" На резонный вопрос ребёнка "почему? ", ответил тактично: " Как-то это .. по гейски, что ли... ".
Она потом закрылась. Не поняла. Обиделась. Фенечки вязала, но никому не дарила.
А я и не знала. Просто приняла подарок, просто ношу, просто дорожу знаками внимания ребёнка.
А недавно я увидела такой браслетик и на руке у своего нынешнего мужчины. Он с гордостью носит, а она осваивает новые способы плетения.
Отошла, значит)
Когда я был молодым, я понял, что для того, чтобы к полудню избавиться от сильного бодуна, нужно сходить в толчок - принять душ - съесть тарелочку супа - и прогуляться полчасика
Потом я стал взрослым и мудрым и понял, что для того, чтобы избавиться от похмелья к полудню, нужно быть молодым.
Как упоминал в предыдущих постах - уехал я в Москву, работать сантехником.
Вчера был вызов в бордель, почти в полночь. Установка сололифта, это такой специальный насос на каналюгу, для принудительной перекачки продуктов жизнедеятельности. Бордель в подвале, и уклона не хватает.
Ну и приехали мы с напарником, зашли внутрь, кругом двери с цифровым замком, проводили нас на место, пока шли, заценили нехуевый антураж, дорого - богато, аквариум метровый, пара бассейнов, сауна, кровати размером с футбольное поле. Затем дошли до какой-то подсобки, там стоял наш насос и сидели полуголые девки числом около десятка. Дожидались, как они говорили, показа.
Меня удивило, в помещение денег засадили нормально, а девки были откровенно неважные, прыщавые, потасканные какие-то. Я даже посочувствовал обеспеченным людям города Москвы.
Джо Байден встречает королеву Великобритании и спрашивает ее:
- Ваше Высочество, как вы сформировали такое эффективное правительство? Вы не могли бы мне дать совет?
- Так, - отвечает королева, - самое важное – окружить себя умными людьми.
- Но как я узнаю, что меня окружают умные люди?
- Это просто, - королева отхлебнула чаю, - есть загадка для определения ума.
Королева нажала на какую-то кнопку в столе.
- Пожалуйста, вызовите Бориса Джонсона.
Премьер-министр вошел в комнату и спросил:
- Да, Ваше высочество?
- Ответь мне, если сможешь, Борис. У твоей матери есть ребенок. Но это не твой брат и не твоя сестра. Кто это?
- Это я, - без запинки ответил он.
- Отлично! – произнесла королева.
Байден вернулся к себе домой и задал Камале Харрис тот же вопрос.
-Камала , вот скажи мне. У твоей матери есть ребенок. Но это не твой брат и не твоя сестра. Кто это?
- Я не уверена, что знаю правильный ответ… - выговорила Харрис. – Я подумаю и отвечу вам.
Харрис обратилась к своим консультантам, но никто не смог ей ответить.
В конце концов она пришла к своему супругу Дугласу Эмхоффу.
- Дорогой, ты не мог бы мне ответить на один вопрос? У твоей матери есть ребенок. Но это не твой брат и не твоя сестра. Кто это?
- Легко, это – я!
Харрис вернулась к Байдену.
- Я тут провела некоторые исследования и теперь могу ответить на вопрос. Это – мой супруг Дуглас Эмхофф!
Байден поднялся, схватил Харрис за плечи и яростно закричал:
- Нет, дура! Это – Борис Джонсон!
Стою у окна,поливаю авокадо. Наблюдаю,как во двор заезжает курьер из сдэка на легковушке. Берет посылку и идёт к дальнему подъезду. На площадке дети играют. Смотрю соседский сынишка (9 лет) подходит к машине,дёргает за ручку. Дверца открывается (вот эти вот самоуверенные курьеры прям удивляют), он хватает несколько свертков и с друзьями за дом убегает. Ну стою,жду курьера. Идёт, по телефону болтает.
Я ему-эй,дядька!Ээй! А ему похуй.
Ну я и крикнул-эй,водятел,у тебя посылки спиздили, двери закрывать научись.
Щеманулся к машине, суетится у двери.
-за дом убежали,говорю. Он за дом.Стою жду. Возвращается,матерится. Спрашивает-знаешь кто взял? Ага,говорю,подо мной живут. Если что зови,засвидетельствую.
Минут через 5 стучится отец подростка вместе с водителем. Спрашивает: точно мой?
Я говорю-да, и с друзьями своими, но взял посылки именно твой.
Не знаю,что там с посылками в итоге и как разошлись, но орал пиздюк знатно. Кажется даже били ремнем (звук то я ещё с детства помню). Надеюсь на пользу такая наука пойдёт.
Знакомый работает сменами по 12 часов, есть напарник.
И знакомый курит.
Вот напарник ему говорит:
- Знаешь, я подумал, что буду на час раньше уходить со смены.
- ???!
- Ты же каждый час на 5 минут минимум в курилку уходишь?
- Ухожу и что такого?!
- Ну вот 12 раз по 5 и делает час. Я же не курю, с чего это ты меньше меня работаешь?
Впервые я дрался из-за женщины в семь лет. Она была второй женой деда. Высокая, с гвардейской выправкой и полуседыми усиками над губой.Носила прямые яркие платья с коротким рукавом, плотно облегающим завидный бицепс. Голос имела зычный. Он раскатывался по двору как гром:"Бор-р-рык! Кушать!". Это если я гулял один. А если с дедом, тогда: "Охламоны! Хавать!"
И, когда она в очередной раз вышла на балкон позвать меня, я услышал как Толька Коршунов выкрикнул: "Гвардеец кардинала на посту!" И я вцепился в него, хотя Тольке было целых одиннадцать лет и он даже уже был влюблен в Таньку, о чем поведал всему двору вырезанным на тополе объявлением "Я люблю тебя".Имя вырезать не стал, проявив не детскую мудрость.
Толька валялся в пыли, совершенно не сопротивляясь, а только удивленно таращась на меня. Я пытался молотить его, приговаривая: "Гад, гад!" Под очередное "гад" меня подняла в воздух неведомая сила. Мелькнул яркий рукав, бицепс, усы и я оказался за обеденным столом с моей "не моей" бабой Феней.
Мама назвала ее официально — Феодосия Николаевна и всегда повторяла: "Она не твоя бабушка".Моя бабушка была первая жена деда, баба Женя. Она жила в одном городе с нами, в центре России, а дед с Феней жили у моря.
Оно — море — и стало причиной нашего знакомства. Я был худющим болезненным ребенком, и педиатр убедила мать, что море положительно скажется на моем здоровье. "Но обязательно не меньше месяца," — повторяла она. Когда мне было почти четыре года, меня повезли знакомить с дедом, морем и Феней. Феодосией Николаевной. Как бы не хотели мама с "моей" бабушкой изъять ее из этого уравнения. В первый раз мама была со мной две недели, натянуто общаясь с дедом и Феней. Убедившись, что старики вполне способны управиться с ее чахлым "цветком" жизни, она начала часто уходить в гости к подругам детства и задерживаться там допоздна.
Я не хотел спать без нее. Ходил по квартире, поднывая. Дед уговаривал спать, а Феня сгребалав охапку, и говорила: "Борык, не куксись. Пойдем встречать маму!" Мы выходили в притихший двор, она сажала меня на качели.
Качелей я боялся, мне казалось, что меня, такого легкого, подхватит ветер и унесет, но Феня мощной фигурой вставала ровно напротив качелей и и заключала подвешенное сиденье в свои уверенные руки, прежде,чем снова толкнуть. "Будешь наверху — смотри маму," — напутствовала она и легонько толкала качель. "Не виднооо," — ныл я, а она отвечала: "Значит, надо повыше. Не боишься?" Я мотал головой в разные стороны, и она толкала сильней. И в один день, взлетая до ветки тополя, я понял, что хочу, чтоб мама не торопилась.
И мама, наверное, поняла. Она уехала, оставив меня с дедом и Феней на лето. Мы посадили ее на поезд,помахали в окошко и пошли домой обедать. А вечером мне почему-то захотелось плакать. Я помню ощущение полной опустошенности, и помню, как оно появилось. Оно появилось, когда я думал, что сегодня вечером не надо встречать маму и мы с Феней не пойдем качаться. Но после ужина она объявила:"Борык, не куксись, пойдем смотреть, как мама едет на паровозе."
Мы ходили качаться каждый вечер. Дед поначалу говорил, что поздно, и "ребенку нужен режим", но Феня обрывала его на полуслове: "Не гунди, охламон, рыбенку много чего нужно."
Охламон улыбался внутрь себя и капитулировал. Мы с Феней выходили, когда последние бабульки снимались с лавочек у подъезда, а возвращались к полуночи, покусанные комарами и абсолютно счастливые.
Качели были моим личным раем. Качели которые качала Феня. Она раскачивала меня, а потом притормаживала и влепляла поцелуй в неожиданное место. Когда качели начинали останавливаться, а я просить: "Еще, еще!", Феня принималась щекотать меня. Я вертелся волчком, заливался на весь тихий гулкий двор, но не слезал с сиденья.
Здоровье мое, несмотря на отсутствие режима, улучшилось. Встретив меня, загоревшего и слегка отъевшегося, на вокзале, бабушка Женя поджала губки. Стройность была одной из основных ее добродетелей, и она весьма боялась жирного и сдобного греха.
Очень скоро после приезда домой я спросил, когда снова поеду к деду и Фене.
— Лен, ты слышала?— крикнула бабушка моей маме, и не дождавшись ответа повторила:
—Ты это слышала?
— Мам, не начинай снова, это ребенок, — мама подошла ко мне и внезапно погладила по голове. Она редко так делала, мне стало так хорошо, и я снова вспомнил качели. Мне хотелось повторить свой вопрос маме, но я не стал. А в конце длинной-длинной зимы, когда я свалился с ужасной ангиной, мама сидя у моей кровати сказала: "Бобка, ну что же ты, выздоравливай!Скоро ведь поедем к деду!"
Я выздоровел и мы поехали. Мама уехала через три дня. Была середина мая. Раз в месяц Феня наряжала нас с дедом "в парадное", и мы шли в переговорный пункт: попросить маму оставить меня еще на месяц. Вышло три раза.
Дед работал сутки через трое, и в свободные дни старательно просаливал меня в море. А вечера были мои с Феней. И качелями. Взлет— посадка — поцелуй, взлет — посадка — объятия.
— Борык, маму видишь?
— Вижу! В окно! Она спит!
— А Москву видишь?
— Вижу!
— Кремль красный?
— Синий!
— Значит, вечер!
Смех-посадка-поцелуй, тихий подъезд, мы играем в шпионов, и, чтобы не будить деда, укладываемся вместе спать на диване.
Находясь между этим хитросплетением взрослых, я совершал детские ошибки, но учился на них. Однажды я попросил бабушку Женю испечь оладушки как у Фени. "Борис, питаться жареным — вредно!" — выпалила она, но не преминула заметить под нос: "Своих детей сгубила, за моего взялась..."В моем сознании эта фраза повисла вопросом, но я промолчал. Летом меня снова отправили "на море": у мамы появился перспективный кавалер, и без меня было сподручней.
Вопрос, зародившийся после обмолвки "моей" бабушки терзал меня, и я не знал, как поступить. Мне было уже шесть лет,и я начал ощущать какую-то неловкость в стальных объятиях Фени. К тому же я маялся, гадая, как она сгубила своих детей.Решился однажды спросить у деда. Он вздохнул, но ответил: "Утонули они на лодке с отцом их. Она с тех пор на море и несмотрит.И забудь, что я сказал, и с ней не говори."Я и не говорил, и даже позабыл, ибо мучивший меня вопрос разрешился. А качели так и были нашими, хоть я и мог уже качаться сам. Но не мог же я сам себя целовать?
К следующему лету у деда начались проблемы со здоровьем, и вместо моря я отправлялся гулять во двор. А после драки с Толькой Коршуновым из-за Фени меня приняли в дворовое сообщество и я даже был частью "живой пирамиды", на которой стоял Толька, чтобы вырезать на тополе сердце, пронзенное стрелой, под своим "я люблю тебя". Да что там, и на море мы тоже гоняли, и строили шалаши, и даже пробовали влюбляться, и я еще не раз подрался из-за женщин. Было не до качелей.
Феня ухаживала за дедом, и в квартире поселился тонкий, но устойчивый запах лекарств. А мама вышла замуж. За Толика. За другого, конечно, но вроде он тоже намекал, что "я люблю тебя". Эту новость мне сообщила Феня и, глядя на меня, добавила: "Не куксись! Это хорошо. Вы подружитесь." Я подумал:"Никогда!", а она оказалась права.
Все эти события: дедова болезнь, замужество мамы, драка с Толькой и дворовая дружба подвели итог моего дошкольного детства. Остались лишь воспоминания: разрозненные, малосвязные, но при этом яркие до осязаемости. И в главном из них я подлетаю на качелях вверх, а потом меня целует в макушку Феня.
Больше выездов "на море" не было, потому что началась другая жизнь. Мы приехали к деду через четыре года. На похороны.Я помню, как зашел в ту самую квартиру, а посреди большой комнаты стоял гроб. Феня провела нас с мамой мимо него в спальню и уложила спать с дороги. Назавтра была суета, похороны, поминки, и во всем этом я затерялся и чувствовал себя лишним.
Я потихоньку вышел из-за поминального стола и пошел в маленькую комнату. Сел на кровать, уставился в стену. Не знаю, сколько так просидел, но зашла Феня. Она обняла меня, и внезапно я разрыдался. Феня гладила меня по голове, а затем внимательно посмотрев в глаза, сказала: "Борык, деда все равно тебя любит. Ну, не куксись..."
Мы с мамой уехали после девятого дня. Феня предлагала мне остаться. Я выжидательно посмотрел на мать, рассчитывая, что она заявит о полной невозможности оставить меня...Но она молчала... Я отрицательно мотнул головой.
— Ну поезжайте, поезжайте, выберете время еще приехать... — Феня была тише, чем обычно, да и понятно почему.
А потом жизнь меня закружила. Это был, наверное, не тот танец, который я хотел, но отказаться не получалось. Свадьбы, рождения, болезни, похороны, встречи, расставания... Жизненное колесо неслось все быстрей, пока не застопорилось о диагноз моего собственного сына. Лейкоз. Помню глаза жены как провалы в ад и ее же бесстрастный голос, когда она перечисляла, что нужно купить в больницу. Еще доктора помню, который сказал, что "большинство случаев разрешаются благоприятно". В интернете писали, что большинство — это семьдесят процентов. И наш ребенок должен был в них попасть. Должен! И не должен в тридцать... Пусть не он...Мы стали командой по попаданию в семьдесят процентов: жена взяла на себя всё, связанное с сыном, а я должен был зарабатывать. Общение превратилось в сводки анализов. Лучше, хуже, хуже, лучше, лучше, немного хуже, немного лучше, еще немного лучше.
Мы победили. Мы попали в семьдесят. А я понял, что не чувствую ничего.
Я боялся посмотреть в глаза сыну и жене, потому что они бы это поняли. На работе подвернулась командировка, поехал. И вдруг как током дернуло: "А ведь Феня еще может быть жива! Есть шанс!"Не сама собой, конечно, эта мысль пришла, я рядом с теми местами оказался. Сделал крюк, нашел тот двор... Дверь в квартиру никто не открыл. Значит, не выпал шанс. Она бы точно дома была.
Вышел из подъезда — на лавочке тип алкоголического вида сидит. Аккуратно у него поинтересовался, не знает ли он, кто в шестьдесят четвертой квартире живет.
А он как заорет:
— Боб, ты? Точно ты! Ну ты же!
Друган детства оказался. В квартире пара молодая живет, дальние родственники Фени. А она сама давно уж померла. А до того как будто с ума сошла немного. Выходила вечерами гулять до ночи. На качелях раскачивалась и улыбалась. А потом соседи по запаху нашли ее.
— Боб, на пиво не подкинешь? Давай за встречу, — закончил он свой рассказ вполне ожидаемо.Я подкинул, а "за встречу" не стал. Он сразу побежал отовариваться, и я оглядываясь, как шпион, подошел к качелям. Всё те же. Вечная металлоконструкция. Сел боком, оттолкнулся ногой. Тополь тот же, вон на нем вырезано "Я люблю тебя" и сердце, пронзенное стрелой... Только еще что-то сверху накарябали, раньше не было. "Не куксись". "Не куксись. Я люблю тебя"...Нет, не может быть... Точно: "Не куксись".
Я уперлся лбом в ствол дерева,а потом обхватил руками. Меня трясло. Нет, меня "типало". Так говорила Феня в минуты особого волнения: "Меня типает". Внезапно с утробным рыком я набрал полную грудь воздуха и разрыдался.
Я тоже люблю тебя, Феня. Я люблю тебя, дед. Я люблю жену и сына. И маму, и отчима, и сестру. И даже когда меня не станет, эта любовь останется. Но еще рано, я еще должен сказать им всем об этом хотя бы раз.
Муж сказал, что первым словом нашего ребёнка будет "Папа". И это не потому, что он больше времени с ним проводит. А потому что "Папалям-папалям синий трактор едет к нам... "
Не мамалям же он едет...
Рассказываю со слов дяди:
Ехали мы в поезде, и в купе ехал молодой лейтенантик, только звание получил.
Ну мы ему: давай с нами! Вот водочка, виски, а он отказывается. Говорит, что с утра к командованию на распределение, нужно быть молодцом.
Ну а ему как старый вояка советую:
Ты завтра с утра придёшь к командиру весь чистенький. Он посмотрит на тебя, подумает: ну наконец-то ко мне нормального человека прислали, отправлю-ка я его в дальний гарнизон, может порядок там наведёт.
А придёшь помятый, с легким запашком, он на тебя посмотрит и подумает: ну куда я такого далеко пошлю, лучше рядом буду держать. И назначит тебя командиром комендантского взвода.
Ну махнув рукой, лейтенант пустился с нами во все тяжкие. Вышел в Нижнем, я похлопал его по спине и забыл. А вечером звонок: Н.И., поздравьте! Я командир комендантского взвода, оставили в городе!
Как-то раз люди задали вопрос Господу....
– Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? – спросили у Бога люди.
Бог, в свою очередь, удивлённо посмотрел на людей и задал им вопрос:
– Так вам что, разве не нравится всё это???
– Ну, конечно же, нет, Господи! – закричали люди.
Тогда Бог пожал плечами и ответил:
– Ну, так не делайте этого!
Я тут на мотоцикле путешевствую, приехал вчера в Челябинск. При попытке оставить мотоцикл на охраняемой стоянке мне сказали мотоцикл под охрану не берут,говорят его украсть могут. Проехал до другой стоянки,там такая же херня-мотоцикл могут украсть, поэтому охранять мы его не будем. Удивился я знатно...