В дом к грузину забрались воры. Попали в подвал. А там бочонки с вином. Выпили.
- Давай ещё немного выпьем и тихо-тихо попоём.
Попели.
- Давай ещё немного выпьем и тихо-тихо потанцуем.
Потанцевали.
- Давай ещё немного выпьем и тихо-тихо постреляем.
Постреляли. Входит хозяин:
- Вах! Вах! Вах! В доме гости, а я сплю!
А можно как-то внести дополнение в Коран о запрете аудио и видеозвонков без наушников. Достали!
Его звали Залупа.
Родители тут ни при чем – мы не говорим про имя. Оно мало кому было интересно, тем более, когда есть емкое прозвище.
Начну, пожалуй, с тех времен, когда никакой Залупы не было. Он пришел к нам во втором классе транзитным пассажиром, маленький лысый человек восьми лет. Учительница, Валерия Валерьевна, бегло прошлась по его недлинной биографии и усадила где-то в середине класса. Ботаники грелись на первых партах, распездалы - на Камчатке, так что ему была прямая дорога к неопределившимся.
Анька, влюбленная в меня еще с детского сада, на той неделе болела, и новенького посадили ко мне.
- Валентин! – представился он.
- Круто, чё, – ответил я. Мне он не показался в тот момент Остапом, к которому надо тянуться.
Таким случилось наше знакомство.
Следующий эпизод произошел той же зимой. В классе на стене висел замечательный стенд, скромную половину которого занимал дедушка Ленин, а вторую – его дело. Пестрая коммунистическая агитка в два квадратных метра.
Репутация вождя была безупречной до того непримечательного утра, когда чуть ниже бороды улыбающегося Ильича не появилось слово «ХУЙ». Это стало откровением прежде всего для Валерии Валерьевны. Добрейшей души женщина, к тому времени раздобревшая и телом, представить себе не могла, что второклашки, с трудом справляющиеся с «ма-ма мы-ла ра-му», так уверенно и каллиграфически могут разбрасываться «хуями». Но факт оставался фактом – был Ленин, и был хуй. Не какой-то случайный, походя намалеванный, а преднамеренный, циничный и бросающий вызов партии. Стенд был высоко, и чтоб подписать вождя, злоумышленнику пришлось встать на стул.
В авторстве никто не признался, и после обеда всех заставили прийти, писать всякие слова типа «хомяк», «улица» или «трамвай». Графологическая экспертиза во имя торжества добра.
Были все, кроме новенького. Он рассказывал потом, что совсем забыл об этом, и потому не пришел, но для преподавательского состава это было прямым доказательством вины. Вызвали его мать в школу – с отцом этот трюк не прошел бы ввиду его отсутствия, как такового.
- Такой маленький, а уже себе позволяет такие выходки, - вздыхала Валерия Валерьевна, скрестив руки на лобке, - и я не удивлюсь, если он еще и курит.
Непонятно, как это вязалось между собой. Мать виновника торжества кивала с пониманием и обещала усилить педагогический процесс.
Слухи в школе разносятся быстро, и к тому моменту все знали, что злосчастный «хуй» принадлежал перу (фиолетовому фломастеру, если быть точным) Лехи Дырявого, отъявленного хулигана, прозванного так за отсутствие переднего зуба. В восемьдесят девятом году в начальной школе незазорно было иметь кличку «дырявый».
Не сомневаюсь, что об этом знал и новенький, но не выдал. Просто стоял под осуждающим взглядом Валерии Валерьевны, после подзатыльника матери на виду у всех, гордый восьмилетний пацан с бритой головой. Он не испугался Дырявого – он вообще никого не боялся, просто это бы пошло вразрез с его жизненными правилами. Я так думаю.
***
Прошло несколько лет, и даже страны, в которой мы жили, уже не стало, а в статусе Лысого (тогда его так называли) ничего не изменилось. Никто не брал его в компанию, а тот в ответ не показывал виду, что его это задевает.
Наш военный городок был маленьким – шесть или семь пятиэтажек, плюс школы, начальная и средняя, детский сад, да пара магазинов. Был еще клуб, где проходили торжественные мероприятия и иногда крутили фильмы. Там же проводились дискотеки, и там же Лысый обрел новое прозвище.
Дискотеки устраивались не нами и не для нас, малолеток одиннадцати-двенадцати лет, но нам уже разрешалось присутствовать первые несколько часов.
Светка была хороша уже тогда, и было понятно, что ее ждет большое будущее. Танцевать с ней хотели все, удавалось это немногим. Даже просто подойти решались единицы. Лысый решился.
- Отвянь! – скривила губы она, и, помолчав несколько секунд, добавила, - залупа!
На его беду рядом оказался Славка Комар, и уже наутро никто не обращался к лысому иначе, чем Залупа. Драться было бесполезно, Залупа прижилась мгновенно.
Залупа был примерным семьянином, в отличие от остальных членов ячейки общества. Отца не было – по официальным данным он погиб в Афгане, по неофициальным – мать утопила его в колодце. Ее не посадили – многодетная, а через связи сделала справку, что он погиб, защищая интересы государства, так что теперь семья получала пособие. У Залупы было пять сестер – две старше и три младше. Никто точно не знал, но на семерых детей приходилось не менее четырех отцов. То ли мать их была доверчивой женщиной, и каждому мужику отдавалась, как принцу, то ли просто хотела в своем положении чувствовать себя женщиной, но заканчивалось все роддомом и исчезновением кавалера с горизонта.
Мать наверняка считала парикмахеров героями скандинавских сказок, потому стригла сына сама и только опасной бритвой. Он ходил абсолютно лысый и в порезах, которые потом становились маленькими шрамами.
Залупа часто прибивался к разным компаниям, то на футболе, то зимой в снежки, но был для нас, как Прибалтика Европе.
Он был нерукопожатным элементом школьной структуры, Залупа-одиночка, недоразумение в привычном укладе вещей.
***
Маленький военный городок был окольцован сараями и гаражами, а по внешнему периметру шли огороды.
Я приехал оставить в сарае велосипед, в прекрасном расположении духа, только с озера, пожалуй, лучшего места летом.
Он разгребал завал. Ночью резвился шквалистый ветер, и береза с соседнего участка завалилась на их теплицу. Пиздец пришел и ей, и помидорам внутри. Соседний участок принадлежал главному инженеру. Положить ли хуй или просто ничего не делать – это все к нему. Но попробуй предъявить – сожрет.
Березу надо было распилить, обрубить ветки, растащить все, и потом восстанавливать теплицу. Работы чуть больше, чем очень много, для тринадцатилетнего парня. Но это же Залупа – кто ему помогать будет?
Не знаю, что на меня нашло, но я вернулся в сарай за двуручной пилой – Залупа со своей ножовкой выглядел неубедительно один на один с березой.
Мы хуячили до самого вечера, а потом я перелез через забор и насрал в парнике главного инженера, оборвал все огурцы и сделал им шоколадную панировку. Зло должно быть наказано.
- Я очень хочу вырасти, - сказал он тогда.
- Потом, взрослым, будешь вспоминать детство, и жалеть, что оно промчалось, - ответил я. Пиздел – врагу не пожелаешь такого детства, как у Залупы. Он был единственным мужчиной (пусть и с огромным авансом) в большой семье (тоже не идеальной). Но выбирать не приходилось, ни тем, ни другим.
Мы сидели на теплом рубероиде труб теплотрассы, и я очень хотел, чтоб нас никто не видел вместе. Сейчас мне стыдно за это.
***
- Залупа, пойдем! – в класс заглянула физиономия Дырявого и исчезла.
Тот попытался подняться из-за парты, но я взял его за плечо.
- Сиди.
- Может, там помочь надо? – повернулся он ко мне.
- Сиди, – повторил я.
Залупа оказался нормальным парнем, хоть и не стал для нас своим. Прошло полгода после спецоперации «говняная буря в теплице».
- Не понял!? - Через минуту опять заглянул Дырявый. Теперь уже целиком. – Пошли, говорю.
- Он никуда не пойдет, - сказал я и охуел от своей смелости. Может, дело в том, что в классе были Генка и Боря, мои друзья, а Дырявый выступил соло. Это не мешало ему с корешами сразу после уроков отпиздить меня хоть одного, хоть в компании с Борей и Генкой, но слово уже было произнесено. Зачастую история вершится спонтанно.
- Залупа? – Дырявый проигнорировал меня, но маховик был запущен.
Ему была важна поддержка, и он ее получил. Возможно, впервые в жизни.
- Я никуда не пойду.
Мы подрались после уроков. Скорее, нас отпиздили, хотя их было всего на одного больше. Очень здорово, даже когда тебя бьют, чувствовать рядом плечо, а не пятки за спиной. Плечо Залупы было крепким, а кулаки – тяжелыми. Дырявому потом выправляли носовую перегородку, хотя надо было бы вправить мозги.
Они не перестали доставать Залупу, но это был первый случай, когда получили реальный отпор.
***
В гости к Залупе никто не ходил – занятие бесперспективное и эстетически сомнительное. Сестер полон дом, да и мать к детям относилась с изрядной долей похуизма и небольшой – презрения, хоть к своим, хоть к чужим. Но дело главным образом было в другом. В их подъезде жил Башкир, больной на всю голову человек. Голова его, кстати, была выдающейся, правда, по габаритам, а не начинке. Средних размеров телевизор, посаженный на плечи, такой и сейчас на полках магазинов не затерялся бы диагональю. Его и Башкиром-то из-за башки назвали, а не по национальности. Он вообще татарином был.
Трезвый – отшельник в засаленной майке. Пьяный – Джон Рэмбо во Вьетнаме. Вьетнамцами в такие минуты он считал всех. Даже вьетнамец-участковый старался находить себе дела в другом месте.
Пикантность ситуации крылась в самогоне, который поставила на поток мать Залупы. На этом они и сошлись с Башкиром. Спрос родил предложение.
Башкир был мужчиной видным, хоть и уродливым, мать Залупы тоже эффектная мадам, полностью подтверждавшая тезис о страшной силе красоты. В том смысле, что была страшной и сильной. Страсть появилась не сразу, но окрепла быстро. Мать отправляла детей постарше гулять, маленьких – в другую комнату, и потный Башкир наваливался на нее попыхтеть.
Залупу это страшно злило. Башкиру было похуй.
В один из таких моментов мы и застали его у подъезда. Он, понурив голову, сидел на лавке и вырезал на ней что-то ножом. Нож был прекрасный, швейцарский, его Залупе привез дядька. Реально из Швейцарии - он отсидел в свое время за спекуляцию, а теперь имел бизнес и постоянно мотался по Европе. Раз в год заезжал в гости, всегда с подарками, два года назад привез Залупе нож. «Смотри, чтоб мамка не видела», сказал он тогда. Дядька был словно человеком из другого мира, всегда привозил такие штуки, о существовании которых мы не подозревали, даже если это – обычные шоколадки. Тогда был последний его визит – говорят, убили в Москве.
- Пойдем на водонапорную башню, - предложил я, - голубей постреляем?
Он только покачал головой.
В это время из подъезда вышел Башкир, вытирая руки о сальную майку. Сел на лавку и отвесил Залупе подзатыльник, такой, от которого тот кубарем покинул место для сидения и растянулся в траве.
Башкир ухмыльнулся, и закурил. Он явно только совершил коитус, из-за которого мать выставила сына погулять за дверью. Залупа поднялся на ноги и затравленно посмотрел на обидчика. В его глазах не было обреченности, только голая, пульсирующая ненависть.
- Когда-нибудь я тебя убью.
- Пошел нахуй отсюда, щегол! – отмахнулся тот, но я поверил. При всей своей скромности Залупа умел быть убедительным.
***
Больше дождей, чем в том июле, я не припомню. Но нам это было на руку. Середина девяностых – такое время, когда каждый вертелся в меру сил, и зачастую лопасти винтов воротил легко топили лохов на веслах. Командир части, еврей со стажем длиной в жизнь, нормальным образом прокручивал весь фонд заработной платы через банк, но минимальный срок вклада составлял полгода, и это означало только одно – шесть месяцев всем сосать хуй. Спасались пайком и смекалкой. Мы, четырнадцатилетние, целыми днями пропадали в лесу, потом появлялись где-то в районе трассы Екатеринбург – Пермь с полными корзинами грибов. Торговля шла бойко, тогда мы постигали азы коммерции. Обладателям отечественных машин порой нарочно называли неподъемные цены, чтоб отвадить, и ждали, когда же тормознет мерс, и щедрый новый русский отвалит нам деревянных.
Так было и в тот день. Последнее воскресенье июля. Все близкие грибные места истоптали, и пришлось шагать дальше. Нас было пятеро – четверо парней и Аня. Она в те времена была настоящей пацанкой, и часто шаталась с нами.
К трассе вышли около восьми вечера. От солнца остался подкрашенный край неба, но грибы надо было продать сегодня. У меня корзина больших белых и пятилитровое ведро маленьких, крепких, высшего сорта. Элита блядь. Я вообще, за месяц принес родителям денег почти столько же, сколько они бы заработали за полгода, если б им не забывали платить.
- Завидую я тебе, - сказал он улыбаясь. Мы ссали за автобусной остановкой, пока наши коллеги по бизнесу на трассе рекламировали грибной товар.
Я не понял сначала. Чему завидовать-то, когда ссым? Член у меня больше? Или напор сильнее? Струя более правильной формы? Скорее всего, последнее.
- Если бы меня любила Анька, знаешь, каким бы я был счастливым? – он все так же ссал и улыбался.
Это правда, я говорил уже, что Анька влюбилась в меня еще в детском саду, и вопреки логике, до сих пор сохранила чувства. Я просто принимал это, как данность. Хотя, признаться, она становилась весьма симпатичной девушкой.
- Я не против, если что, - пожал плечами и тоже улыбнулся.
- Да что ты понимаешь, - по-доброму отмахнулся он, но взгляд его был серьезным и каким-то… взрослым, что ли.
Минут через десять тормознула тонированная бэха. Она громко пердела, будто мотоцикл. Серьезная, новая. Нам фартило. Прикинул, что можно просить не меньше сотки, хоть за ведро, хоть за корзину.
Правила джентльменства никто не отменял, потому сначала товар предлагала Анька. Мы встали кучкой следом. Из машины какое-то время никто не выходил – всякое бывает, может, у человека деньги в трусах или ремень никак не отстегивается.
Наконец распахнулись все четыре двери и оттуда вышли мужики – по одному из каждой. Самому старшему из них не было и тридцати, но они всяко были вдвое старше нас. Только тогда мне стало немного не по себе. Заметил, что машина была без номеров, и эта наблюдательность не добавляла оптимизма.
- Так, мелюзга, чё там у вас? Грибы? – водитель сплюнул на землю, небрежно, и достаточно зловеще. Они все были в кожаных куртках, и это в июле.
- Уралмашевские… - шепнул Генка. Это было тихое, неброское слово, бьющее почти в самое основание пирамиды Маслоу. Бравые, и не очень, ребята, по заветам Дубчека строящие бандитизм со славянским лицом, это были те люди, с которыми очень грустно иметь конфликт интересов.
Принадлежали эти четверо к группировке, или вся мишура была частью имиджа – неважно. Мы реально обосрались.
- Эй, щегол! – обратился второй к Аньке. – Почем ведро отдашь? Задаром?
- Полтинник! – небрежно ответила та, - и это только за грибы. Ведро не продается.
- Ты – баба что ли? – хохотнул водитель. – Да еще и резкая. Люблю таких.
Анька сделала шаг назад.
Уралмашевские переглянулись.
- Значит так, хуесосы, - озвучил свой план третий, со шрамом ото рта до уха на левой половине лица, - вы сдристнули отсюда, а с девочкой мы прокатимся.
Коротко, ясно и очень страшно.
Водитель пнул ведро Генки, и грибы полетели в овраг. Невелика потеря, когда ставки серьезно возросли. Шрам глянул на четвертого, тот чуть кивнул, будто давая разрешение. Вся компания с блядскими ухмылочками, которые тем сильнее хочется стереть с лица, чем меньше имеешь на это возможности. Заходили полукругом, шрамоватый раскинул руки.
Анька с мольбой в глазах обернулась ко мне – к кому же еще, я ж, блядь, ее Дон Кихот. Представляю, как ей было страшно тогда, если сам я почти щелкнул тумблером «обосраться».
В фильмах в такие моменты начинается экшн – у нас начинался пиздец.
Из-за моей спины вышел Залупа.
- Я их отвлеку, - шепнул он, - а ты хватай Аньку, и бегите со всех ног. Лучше врассыпную – за всеми не погонятся.
Я не знал, как он будет отвлекать отморозков – не Байрона же читать? Чуть кивнул Генке и Боре, вроде поняли.
Валентин сделал два быстрых шага вперед, отодвинул Аньку за спину и толкнул ко мне.
- Вы чё, хуесосы? – четвертый, который до этого молчал. – Попутали?
Рано, слишком рано. Я взял Аньку за руку и подтянул назад. Этот был главным, и в шоу «Интуиция» на вопросе «Человек, который убивал?» я бы точно показал на него.
Главный сделал шаг к Залупе, вытянул руку, чтоб схватить дерзкого юнца за лицо.
- Бегите!! – громко крикнул тот. Мы с Анькой бросились в отделявший нас от леса овраг. Боря с Генкой через трассу в другую сторону, разводя траектории. Краем глаза я видел, как Валентин ударил главаря куда-то в район печени – до лица было не достать. Хорош отвлекающий маневр, ничего не скажешь. Теперь бы успеть ему удрать. У меня был ценный груз – Анька, так что помочь я не мог. Только взобравшись по ту сторону оврага, позволил себе оглянуться. Охуел.
Валентин не собирался убегать. Он острее нас чувствовал правду жизни – всем вместе никогда не бывает охуенно, и за каждое благо всегда кто-то платит.
- Пидарас! – орал главарь. – Он меня порезал.
Теперь я увидел, что Валя бил не кулаком – тем самым швейцарским ножом, самой дорогой своей вещью. Вогнал по самую рукоять, увесистую, с белым крестом в красном квадрате. Вытащил и попытался снова ударить. В этом и был его план.
Первый же удар по голове сбил его с ног. Нож выпал, благополучно подхваченный кем-то из ублюдков.
- Ань, беги! – Я твердо собирался остаться. – К заправке, оттуда позвони участковому, да хоть кому-нибудь.
Пока перебирался через овраг, двое погрузили главного в машину, а третий, Шрам, бил лежащего Валентина. Злосчастный нож мелькал в его руке. Валя уже не двигался, а этот гондон продолжал втыкать в него лезвие.
- Лыба, уймись! – остановил его водитель. – Он жмур уже, придурок! Поехали.
Лыба, здоровый черт, как тряпку швырнул Валю в багажник. Нет тела – нет дела. Поднял взгляд на меня, на четвереньках выбирающегося из оврага, и я возблагодарил небеса, что у него в тот момент не было либо времени, либо пистолета.
Вряд ли это были уралмашевские, но Вале от этого не легче. Когда говоришь, что всех закроешь спиной, все же ждешь рядом такого же безумного, сумасбродного плеча. Счастье, если дождешься.
Он очень хотел стать таким, как все мы, честно снося ухмылки и равнодушие, не понимая цены своей уникальности и не держась за нее. Больше всего на свете он хотел вырасти, и стал взрослым в четырнадцать. Он жил и ушел Человеком.
И теперь, в последнее воскресенье июля, когда любой уважающий себя моряк уже к обеду ни за что не останется сухим, я всегда вспоминаю своего друга, который оставил этот мир, подарив ему нас.
Я помню.
Его звали Валентин.
В Москве задержали мужчин, требовавших от пассажирки метро снять никаб и «носить нормальную одежду»
Пострадавшая Елизавета Барановская подала заявление в Следственный комитет с просьбой завести дело по статьям о возбуждении ненависти по религиозному признаку и оскорблении чувств верующих, сообщила адвокат Аза Алиева.
1 сентября в социальных сетях распространилось видео, снятое Барановской. На видео один из пассажиров московского метро говорит девушке о том, что в стране идет мобилизация, а «русских пацанов на СВО убивают».
После этого в разговор вмешался другой пассажир, спросивший, мужчину, что он хочет от девушки. «Я хочу, чтобы она сняла [никаб] и нормальную одежду носила. Она скрывает лицо, у нас это террористическая угроза может быть», — ответил мужчина.
У жены была квартира, но она в ней не жила, а сдавала. Сейчас решили ее продать и новые покупатели очень обрадовались наличию жильцов, так как тоже хотели использовать ее под сдачу и попросили никакой аренды с ними не расторгать. Меня не покидает ощущение помещика начала 19 века, что мы продали не только землю, но и крепостных.
По случаю 80-летнего юбилея внуки подарили дедушке билеты в его родной город.
Старик очень обрадовался, что увидит родной дом через много десятков лет. Приехал, смотрит: дом стоит, даже орнаменты на фасаде те же, только обветшали, то же дерево во дворе. Умилился дед, слезинку обронил и увидел на другой стороне улицы будку обувщика, памятную ему с юности. Перешел дорогу и постучал в стекло будки:
- Есть ли кто?
Изнутри раздался старческий голос:
- Есть, говорите.
- Помню эту будку еще пятьдесят лет назад! Даже однажды оставил там пару обуви, коричневые мокасины.
Изнутри раздалось:
- Да, верно, с красным кантом.
- Точно!
- И нужно было приклеить левую подошву.
- Да!
- В среду будут готовы.
Я знаю английский и испанский, но родной для меня русский. И выгляжу я как славянка. Так вот, когда мы с семьёй были в отеле в испании, мы с мамой спускаемся на лифте, с нами едут две девушки, явно персонал отеля. Я с мамой говорю о чём-то на русском, а те две девушки начинают на испанском обсуждать мою панамку.
Я-то всё понимаю, и говорю им на испанском, что извините, не уточнила у вас какую панамку мне носить. Они замолкают, но не на долго.
Потом они говорят уже на английском, что как их за***бали эти постояльцы, говорящие на нескольких языках. После чего я им говорю, что знаю и английский.
Двойной удар))))
— Завтра вызывают в школу! — жена бросает сумку и устало садится на лавку в прихожей.
— Что случилось?- спрашиваю.
— Твой сын опять провинился!
Я улыбаюсь. У нас давно так: все хорошее у детей от нее, все плохое — от меня. Не сопротивляюсь. Некоторые их «недостатки», напротив, считаю достоинствами. Сажусь с ней рядом. Она кладет голову на плечо.
— Зинка звонила. Говорит, он какое-то мусорное ведро выкинул из окна школы прямо на улицу!
«Зинка» — директор школы.
— Может, ты сходишь?- она жалобно смотрит мне в глаза.
— Конечно, схожу! — соглашаюсь я.
Это месть. 2 месяца назад директриса сделала промах, также вызвав жену в школу. Но пришел я. Случай был неординарный. Из ряда вон. Я был огорчен, разозлен и расстроен поступком своего 15-летнего сына. Он хотел сделать фейерверк из оставшихся с Нового года петард и пронес его на дискотеку в школу. Хорошо, что дежурившие преподаватели вовремя заметили и изъяли.
Зинаида Павловна оставила меня на растерзание завучу. Я не сразу признал в ней руководителя. Маленькая, серенькая, в непонятной одежде, говорит несвязно. Мне она больше напомнила техничку.
После почти часового допроса одним-единственным вопросом «Вы представляете, что было бы, если бы он его взорвал?» я не выдержал и сам вызвал в школу оперативную машину с надписью «Разминирование». Это ЧП. Ситуация пошла по непривычному сценарию. Такое не прощается.
Это должна была быть первая наша встреча. Мы не встречались с ней до этого раза. Она не знала об этом, и за мной было преимущество. Мы с сыном проходим в директорскую. Останавливаю его в секретарской и вхожу в кабинет.
Там сидят человек 5. Сама Зинка стоит. Увидев меня, удивляется, но не подает вида. Даже улыбается холодной улыбкой. Я представляюсь. Очень любезно здоровается и просит меня пригласить сына, почти приказывает:
— Приведите, пожалуйста, сына сюда!
— Зачем? — удивляюсь.
— Затем, чтобы мы послушали его и он рассказал нам, как он мог совершить такой гнусный проступок! — она недовольна и начинает злиться. Обычно вопросы задает она.
— Он никуда не пойдет. Я пока не знаю, что именно он совершил. Давайте, пожалуйста, без ваших вердиктов, — беру ситуацию в свои руки. Не люблю, когда мне указывают, что делать. Я уже послушал его версию. Теперь вы мне расскажете, что произошло.
Зинка как будто не слышит меня:
— Пригласите, пожалуйста, вашего сына сюда и присаживайтесь сами! — подталкивает мне стул.
Я закрываю дверь. Сын остается в секретарской.
Мне знакома эта ситуация. Пришлось побывать на таких судилищах. С тех пор ненавижу подобные собрания и организовывающих их людей. Зинка слабый человек. Таким нельзя доверять власть. Тем более власть над детьми. Представляю, сколько судилищ было в ее кабинете. Сколько сломанных детских душ вышло отсюда. А главное, преданных собственными родителями.
Я хорошо знаю этот метод. Человека заводят и ставят перед всеми. Он уже обвинен. Приговор давно вынесен такими «зинками». Но весь интерес в другом: нужно растоптать человека. Нужно сломать и уничтожить, чтобы он больше никогда не поднял голову против системы. Судилище маленького человека. Который не научился еще себя защищать. И для этой цели приглашают родителей. Их сажают специально рядом с собой, прямо напротив их собственного ребенка. Потом начнется допрос. И на каждый ответ директриса будет смотреть в глаза родителям:
— Вот видите! Посмотрите на него!
Как такое вообще могло прийти в голову?! И родители послушно будут кивать головой, соглашаясь. Соглашаясь, они совершают предательство. Злой гений Зинки торжествует. Как еще больнее можно предать ребенка, как ни тем, что самые родные ему люди прилюдно отказываются от него?
Я принципиально не сажусь на стул. Хочу дать понять, что для меня это дело не стоит выеденного яйца и у меня нет никакого желания сидеть тут и обсуждать моего сына.
— Вы пригласили меня в школу — я смотрю прямо ей в глаза. — Будьте любезны, объясните мне причину вызова.
Зинка теряется и ничего лучшего не находит, как опять попросить пригласить сына в директорскую. С ней все понятно. Я продолжаю шоу. Поворачиваюсь к классной руководительнице и спрашиваю ее о случившемся. Она ерзает на стуле и нервно выкрикивает мне:
— Я попросила его выбросить мусор! Он отказался, и я его заперла в кабинете! Он выбросил мусор в окно!
Я оглядываю всех.
— По какому праву вы запираете моего сына в кабинете?!
Учительница хлопает глазами. Я начинаю злиться.
— Почему мой сын должен выносить мусор в школе?! — я перевожу взгляд на Зинку. — У вас тут что, тюрьма? Может, прислать комиссию в школу? Может, у вас для этого нет уборщицы или кто-то получает деньги по фиктивной подписи?
— Может быть, мы все-таки послушаем версию вашего сына?! — раздается голос единственного молодого мужчины. Это прогиб. Перед Зинкой. Он молод, как потом выяснилось, баллотируется в депутаты. Знаем мы таких депутатов.
— Вы кто?! — спрашиваю его.
— Я учитель этой школы!
— Какое отношение вы имеете к моему сыну?!
Он теряется и беспомощно крутит головой.
— Я в комиссии! В педсовете! — находится он.
— Тогда давайте пригласим моих и его друзей. Его тренеров из спортшколы, соседей по дому. Это будет мой педсовет. И тогда мы послушаем всех.
Все приутихли. Я обращаюсь к Зинке:
— Судилище хотели устроить? Не получится. Даже не пытайтесь. Я хорошо знаю законы. Даже в вашем законе, в школьном, нет таких правил! Не ведите себя как собственник этого заведения! Вас наняли, вот и учите! А воспитывать будем сами, без вас!
Я хлопаю дверью. Шах и мат.
Обнимаю сына, и мы идем с ним домой.
— Жизнь такая, сынок. Они теперь будут ловить тебя на промахах, чтобы припомнить обиду!
— Я обещаю, пап, что больше тебя не вызовут в школу!
— Это чепуха. Найдем другую...
Я рад этой ситуации. Она позволила мне защитить своего ребенка. Она важна для нас обоих. Слово он сдержал. До конца обучения нас больше в школу не вызывали. Вся школа завидовала ему. А всего-то и нужно было не предавать и защитить своего же ребенка...
Рустем Шарафисламов
Вчера поехал забирать детей от бабушки. Старшему почти 12, младшему 7. Сидим пьем чай. Речь как-то зашла о кошках и мышках. Я рассказываю, что у нас в цеху живет серая кошка, мышеловка. Младший у меня спрашивает:
- Как ее зовут?
- Никак, просто кошка.
- Ну а че вы не придумаете ей какое-нибудь имя?
- Давай, помоги нам придумать. Как бы нам ее назвать?
- Можно Серик, типа серый
- Ну это имя коту, а у нас кошка
И начали они с бабушкой выдумывать имена для серой кошки. И тут старший предлагает
- Назовите ее Саша Грей.
Бабушка:
- Почему?
- Ну Грей с английского серый цвет
- А почему Саша?
- Да, почему Саша? - спросил я.
- Ну, просто красивое имя, - сказал сын. И больше по этому поводу ничего не сказал.
А я в следующую смену объявлю мужикам, что кошку зовут Саша Грей.
Опишу небольшой личный опыт и опыт некоторых своих друзей, которые столкнулись с пустым баком в каршеринге. Для тех, кто спешит, можно не читать всю историю полностью, а перейти сразу в конец к выводу.
Описанная ситуация на данный момент существует в каршерингах Делимобиль, Яндекс.Драйв и Белке. Скорее всего, в других каршерингах ситуация такая же, но мы не проверяли.
Только вчера взял автомобиль в каршеринге Делимобиль. При бронировании обратил внимание, что в автомобиле топлива только на 100 км и видимо придётся заправлять. Ехать собирался на дачу и обратно (примерно 65 км в одну сторону).
В тот момент это не показалось мне проблемой. Делимобиль обещал компенсировать 70 руб за потраченное время аренды на заправку и полностью компенсировать стоимость заправки. По пути заправился на 1000 руб и сразу отправил чек о заправке в поддержку каршеринга Делимобиль.вернул мне 1000 руб на бонусный счёт, но есть несколько нюансов:
Компенсацию в размере 70 руб просто "забыли".
Т.е. при заправке отображается, что Вам начислят компенсацию, в договоре и по факту - нет. Вы за своё арендованное оплаченное время заправляете чужой автомобиль и бесплатно выполняете работу заправщика каршеринга.
Заправку Вы оплачиваете живыми деньги с карты или наличными, а компенсацию получаете в виде "бонусов", которые можно потратить только на услуги каршеринги и нельзя вывести обратно в живые деньги.
Начисленные бонусы сгорят (например, у Делимобиля это 45 дней), если Вы их не успеете потратить и если не будуте пользоваться какое-то врем каршерингом именно этой компании.
Чтобы усложнить процесс траты начисленных бонусов, Делимобиль ввёл правило, что бонусами может быть оплачено не более 50% стоимости поездки.
Для компенсации необходимо предоставить кассовый чек.
Если Вы его потеряли, то Вам придётся ехать на заправку и пытаться его восстановить. Если заправка в 100 км от Вашего дома - это Ваши проблемы и никто ничего Вам не компенсирует. Хотя в приложении каршеринга Вы и отмечали "сейчас заправляюсь" и можете предоставить чек из интернет-банка о списании, это никого не волнует.
Вывод: таким образом, за факт того, что я лоялен и выполнил работу заправщика в компании Делимобиль, я заплатил своими деньгами, которые мне перевели в бонусные фантики, которые сгорят через 45 дней, если я не буду их активно тратить.
И чтобы мне было их сложнее тратить и чтобы выбить из меня побольше денег, дополнительно ввели ограничение "бонусами может быть оплачено не более 50% стоимости аренды".
Возьму ли я ещё раз автомобиль с неполным баком?
Однозначно, НЕТ !
У знакомой дамы горе: сын надумал жениться на девочке «не нашего круга». Я даме сочувствую, у меня у самой сын, тоже переживала бы. Но вспоминается одна Иванова.
Эту Иванову сын поставил перед фактом – вот Марина, и мы расписались. В анамнезе у ивановской родни доктор наук, два кандидата, хореограф, главный инженер, литературный критик, ведущий кардиолог и так далее. А тут девица сомнительного происхождения и несомненно дурного воспитания, отец в нетях, мать телятница (телятница!), образование маляр-штукатур, ни кожи, ни рожи. Ощущение, что судьба прицелилась, плюнула и попала. Малярша, правда, вела себя пристойно, не видно её и не слышно, так, прошуршит что-то в коридоре.
Подожди, говорила Ивановой подруга Арина, ещё обживётся, ещё наплачешься.
Осенью сын отбыл в командировку в Штаты. "Как представлю, что в квартире это чучело шмыгает туда-сюда, хоть домой не иди", говорила Иванова подруге Арине. К Новому году сын вернулся, а в марте объявил - "Во-первых, в Штатах ему предложили контракт, во-вторых, там же он встретил Николь, в-третьих, в четверг их с маляршей разведут, а в пятницу он улетает, ты, мать, не волнуйся, буду звонить".
Поплакала, провела, рукой помахала. Малярша собирала свои манатки, дорожная сумка и пакет из супермаркета, всё богатство. И вид как у побитой дворняги. Иванова пересилила себя и спросила, есть куда идти? Малярша прошелестела, в общежитии через месяц койка освободится, а пока меня девочки в свою комнату пустят, на раскладушку. Иванова посмотрела-посмотрела и сказала, через месяц и съедешь, распаковывайся.
И назвала себя идиоткой. Что и подтвердила подруга Арина.
Утром малярша убегала малярить-штукатурить, возвращалась поздно, еле живая, серая от усталости. Пыталась сунуть деньги за постой, гордо заявив, что достаточно зарабатывает. Так прожили три недели, и тут Иванову скрутило, внезапно и всерьёз, полтора месяца в больнице, еле выкарабкалась. Сын звонил несколько раз, говорил, ты, мать, держись, я тебе наше с Николь фото скину: Я, Николь и Ниагара. Так себе Николь, ничего особенного, стоило ли. Подруга Арина навещала, нечасто, семья, заботы, поди выберись. Малярша варила бульоны, морсы, готовила куриные котлеты на пару, уговаривала проглотить ещё ложечку.
"Подозрительно мне это самаритянство" - говорила подруга Арина - " уверена, что она там не прописалась? Полквартиры не вынесла? Котлетку есть будешь? Нет? Точно не хочешь? А то я прямо с работы, голодная".
Иванову выписали, малярша отвезла домой, помогла подняться на этаж, сама не зашла, некогда, отпросилась ненадолго. Чистота, ни пылинки, Иванова прошаркала на кухню, но столе записка. "Светлана Павловна, спасибо. Обед в холодильнике. Выздоравливайте. М.". Проверила заначки, всё на месте. Заглянула в комнату сына, как и не было никакой малярши.
Через неделю Иванова прошла по длинному гулкому коридору, постучала.Три кровати, стол, под стол засунута раскладушка. Сказала, вот когда построишь себе квартиру, тогда и съедешь, давай собирайся, и побыстрее, такси ждёт, счётчик тикает.
В сентябре поехали покупать осеннее пальто, стыдно смотреть, в чём девочка ходит, и сапоги приличные нужны, в торговом центре наткнулись на подругу Арину. Подруга Арина сказала, хорошую прислугу днём с огнём не найдёшь, я-то знаю, а у тебя еще и задаром, ловко ты, Иванова, устроилась! Это у тебя прислуга, а у меня невестка, пойдём, Мариша, нам ещё сумку искать, и брюки посмотрим, и я себе шарфик хотела подобрать.
Иванова говорит, на первый взнос сама скопила, ни копейки у меня не взяла, дом вот-вот сдадут, ищу хорошие обои, ей некогда, работает с утра до ночи, недавно еле притащилась, я отвернулась чаю налить, смотрю – спит сидя. Иванова говорит, я уже извелась, всё думаю, молодая, красивая, хозяйственная да ещё с квартирой, Мариша – девочка неглупая, но и умным голову дурят, не поверишь, спать не могу, переживаю, чтоб не попалась на крючок какому-нибудь пустозвону или мерзавцу, кому-нибудь не нашего круга.
Какие у нас все таки люди внимательные и заботливые. Еду на дачу, дорога узкая, ограничение 40, но я разгильдяйски еду 58. Так меня догнали и давай мигать и сигналить привлекая внимание. Я все сразу понял. Превышение хоть и без штрафа все равно превышение и до своего поворота ехал строго не быстрее 40,потому что безопасность это важно. И всю дорогу до поворота добрый человек одобоительно мигал и сигналил в знак поддержки.
Всем доброго дня
Долго думал писать этот пост или нет. Всю свою сознательную жизнь у меня в голове была цель в 100 тысяч рублей зарплаты за адекватную работу. И вот в этом году я эту планку преодолел, вышел на уровень официальной зп, при рабочей неделе 5/2, в 130т.р. С одной стороны я выполнил свою маленькую цель, к которой стремился, ведь всего лишь 4 года назад моя зп была 20 т.р.
А с другой стороны, ну получаю я две средние зп по региону, ну и что изменилось?
Купить новый автомобиль я не могу в виду сумашедших цен, брать кредит под 20 процентов за 10 летний а/м на 5 лет? Ну тоже такое себе удовольствие
О недвижимости вообще молчу, однакомнатные квартиры по 4-5 миллионов, дома в частном секторе за эти же деньги
Заводить семью и рожать детей?
Слетать в отпуск за границу раз в год?
И по итогу, моё поколение попало в очень интересную ситуацию, а мне нет и 30, тот возраст, когда ничего не доступно, даже при условии хорошей работы. Возможно в нашей стране дальше будет лучше, но с этим временем уйдёт и молодость, и здоровье, и желание.
Пост просто, чтобы выговориться, благодарю.
Олег ненавидел праздники. И самый худший из них - восьмое марта и (не к ночи будь помянут Новый год). Он боялся попасть под горячую руку жене. Не угодить с подарком. Непочтительно вести себя с родителями жены. Да много ещё того, что может превратить праздник в событие, которое потом вспоминаешь с содроганием и радуешься, что испытание пройдено. В этот раз.
А вот Ольга любила праздничные хлопоты, семейные традиции, родственные встречи. Любила наряжаться, придумывать, что приготовит к приезду дорогих гостей. С радостью надраивала и без того безупречно чистую квартиру, придавая ей операционную стерильность. У каждого члена их маленькой семьи был свой фронт работ, и ни дай Бог с ней плохо справиться! Кара следовала незамедлительно.
Мужчина всё чаще ловил себя на мысли, что он всё глубже проваливается в яму, на дне которой его уже поджидают существа, которые только и ждут, когда он очутится в их полном распоряжении. И ждать этого осталось совсем недолго.
От нормальных отношений в прежде дружной семье практически ничего не осталось. Да и была ли когда-либо вообще, эта дружная любящая семья? Олег уже не помнил за чередой многочисленных скандалов и выяснений отношений. А тут ещё праздник, с обязательным приездом родителей Ольги, и минное поле, в которое превратилась их жизнь, грозило загреметь многочисленными взрывами.
Тёща была единственным в мире человеком, которого жена боялась. Которому никогда не возражала и беспрекословно слушалась.
К приезду матери и отца в меню появились блюда, стоившие целое состояние, так как жена не могла опозориться перед мамой. Плюс, придется кормить их еще неделю -другую. А тёща, видите ли, не станет жрать картошку с мясом, так как сидит на диете, и ест, в основном, рыбу с овощами. Вы видели, сколько сейчас стоит рыба? А у тестя гастрит, ему нельзя жирного. Ему подавайте суп с постной говядиной и котлетки из грудки индюшки на пару....
Седьмого марта он торопился после работы домой, чтобы помочь жене превратить чистую квартиру в чистейшую. Звонок прозвенел, когда он уже заруливал к подъезду.
-Купи креветок пару килограмм. Аргентинских. (Простые тёща с негодованием отвергнет).
-Я уже подъехал. Завтра схожу
-Мне сегодня надо, - в голосе послышались истерические нотки.
-Хорошо, - он обречённо направился в ближайший супермаркет, где, по случаю наступающего праздника, царил немыслимый ажиотаж.
-И грудку индейки не забудь, - добавила жена, и отключилась.
То, что Ольга беспрекословно слушается мать, любящий муж понял уже давно. Тёща работала завучем в поселковой школе и железной рукой управляла этим учреждением. А ещё она не менее успешно управляла своим мужем подкаблучником и дочерью. То, что дочерью, в отличие от мужа приходилось управлять на расстоянии, пожилую, но очень деятельную женщину страшно злило.
Расстояния потребовал Олег, в то далёкое и прекрасное время, когда еще обладал правом голоса в семье. Первую встречу с дорогой мамой он в мельчайших подробностях помнил до сих пор. Едва зайдя в квартиру, будущий зять был моментально подвёргнут допросу. Какая зарплата? Кто родители? Где работаешь? Кто твои бабушка и дедушка? Результаты допроса тёще не понравились, и она с позором выгнала Олега, потребовав никогда больше здесь не появляться. Её дочь достойна лучшего мужа!
Дочери было запрещено даже думать о нём (кстати, ей тогда было 25 лет) и рекомендовано сосредоточиться на карьере.....
К счастью (или наоборот) тогда Ольга не послушалась мать и вышла замуж наперекор ей и отцу, которые долго не могли ей простить такого вопиющего поступка.
Со временем они смирились, и даже отнеслись благосклонно к внуку. Тёща мечтала сама воспитывать мальчика, и рьяно принялась за дело. Энергичную женщину расстояние не остановило.
После рождения Ромки, женщина названивала каждый вечер и проводила разъяснительные беседы, которые длились по часу, а то и по два. Она дотошно объясняла, чего детям нельзя и что они должны. Слова "нельзя" и "должны" вообще были её любимыми.
Спасало то, что они виделись не так уж и часто, правда, в последнее время родственники стали поговаривать о том, что на старости лет надо бы жить всем вместе....А это значит, что они и будут жить все вместе. И это замечательное время уже не за горами.
Он зашёл домой, таща в руках пакет с креветками, мечтая поскорей приземлиться на диван.
-Куда в носках по помытому! - на ультразвуке заорала жена.- Подожди, пока по высохнет!
-Ты его намываешь по нескольку раз в день, неужели самой не надоело? - супруг топтался в коридоре с тоской посматривая на вожделенный, но такой недоступный диван.
-Мне кажется, у тебя с головой проблемы, - не подумав сказал он.
Жена подскочила и, размахнувшись, влепила затрещину.
-Я сегодня ни разу не присела, квартиру убирала, это значит, я ненормальная по-твоему? Она размахнулась, но муж успел схватить её за руки.
-Так и будешь держать меня? - орала жена.
Семилетний Ромчик зашёл в гостиную и остановился, глядя на отвратительную картину.
-Гляди, сынок, как твой папа с мамой обращается, - заплакала Ольга.
-Папа, не надо, - шепнул сын.
-Давай не при сыне, - пробормотал Олег, отпуская жену.
Новый удар застал его врасплох.
Глаза жены бегали из стороны в сторону. Подбородок дрожал.
– Ты совсем?, – он хотел сказать это резко и грубо, но передумал в процессе. Чтобы не усугублять, добавил: – Сейчас я все вытру.
Жена не ответила, продолжая давить взглядом. Под ним укрощённый муж проковылял к кладовке, достал швабру с тряпкой и растер мокрые пятна по полу.
Жена отправилась на кухню, а Олег попытался собрать разбегающиеся мысли в кучу. Он мечтал о разводе вот уже довольно долгое время, а в последний год это стало у него навязчивой идеей. Останавливало одно. Рома. Сына он безумно любил, и был в курсе, что при разводе ребёнка оставят жене. Ольга продолжила славную традицию их рода, и работала учителем. В школе была на хорошем счету, считалась строгой, но справедливой. Родители из кожи вон лезли, чтобы устроить ребёнка в её класс. В основном, это были адепты "с детьми надо построже", "меня били, и человеком вырос". А он обычный инженер, к тому же работа связана с командировками. Ольга уже сказала ему, что в случае развода уедет к матери, где на пару будут ломать характер ребёнка, превращая в безвольное послушное существо. Так что развести было не вариант. В его ситуации выхода нет. Ну или он его не видит.
Олег задумался. Подошёл к топору, и, взяв в руку, посмотрел так, будто видел в первый раз. А ведь это идея!
Он улыбнулся мрачной улыбкой человека, который принял решение, и теперь прикидывает, когда можно будет осуществить намеченное.
-Ваш ребёнок крайне невоспитан, - с отвращением говорила тёща, поедая кревёточный салат и запивая вином, о стоимости которого Олег старался не думать. - Смотрит исподлобья, даже не пытается изобразить, что рад меня видеть. Знаний - ноль, хорошие оценки ему ставят только из жалости. И, самое главное, зачем вы его отдали в дзюдо? Хотите, чтобы хулиганом вырос?
-Ромке нравится, - пытался сгладить углы Олег.
-Ну, если вы хотите идти на поводу у своего ребёнка, то конечно....Балуйте его, да только потом не рыдайте, что из него вырос неприспособленное к жизни инфантильное существо. Запомните: вы решаете, что ему необходимо. Он права голоса не имеет. Вот когда начнёт зарабатывать, тогда может вякать.
Тесть, к счастью, молчал. Мужчина молча поедал сваренную на пару грудку и с тоской смотрел на шкаф, где, как он знал, находился строго запрещённый ему коньяк.
-Не будет с него толку, помяните мои слова, - рявкнула тёща напоследок.
Встреча прошла предсказуемо кошмарно.
-Папа, а бабушка скоро уедет? - шепнул ребёнок, когда он пришёл его укладывать.
Олег с тревогой подумал, что мальчик в последнее время стал что-то слишком часто шептать, что детям несвойственно, и испуганно оглядываться. А ещё-со всех ног бросаться к нему, когда он поздно вечером приходил с работы. Он молча прижимался к отцу, и с таким отчаяньем смотрел, что сердце кровью обливалось. Неужели в его отсутствии жена бьёт сына? А потом запугивает ребёнка, чтобы он молчал?...
Тёща недовольно уставилась на золотую цепочку.
-Тоньше не было, что ли? - Она швырнула ни в чём не повинное изделие в сумку.
-В этом году у меня юбилей. Шестьдесят лет. Я жду норковую шубу. И, кстати, оставьте Романа у меня на всё лето. Я подтяну его по учёбе, приручу к труду, а то у вас он ни к чему не приспособлен. Стыдно перед людьми за такого внука.
-Конечно, мама, - торопливо произнесла Ольга. Фраза "Что люди подумают" и "Стыдно перед людьми" была излюбленной у обеих женщин. Люди должны знать, что их семья идеальна, а ребёнок - безупречно воспитан. У известной всему посёлку завучу и лучшей учительницы школы по - другому просто быть не может....
Олег дождался, когда все уснут. И включил ноутбук. Всё! Дальше тянуть нельзя. С жены станется оставить Ромку матери на все летние каникулы, а мерзкая баба не успокоится, пока не сломает ребёнку психику и характер.
Он зашёл на сайт, о котором знающие люди говорили шёпотом, испуганно оглядываясь по сторонам.
На экране возник топор. Затем надпись "ООО Родион Раскольников", г. Санкт - Петербургъ. Решу вопрос со злой старушкой. Результат вышлю в разных пакетах. Дорого. По случаю восьмого марта акция "Две старушки по цене одной".
Пальцы вспотели от напряжения. А вдруг он не ответит? К счастью, опасения не оправдались. Ответил. Жена по возрасту никак не тянула на старушку, но она всегда выглядела старше. Тонкие, всегда поджатые губы и скорбная складка у рта намекали, что их обладательнице может быть как сорок, так и шестьдесят.
"А можно не присылать мне результат в разных пакетах?" - поинтересовался Олег.
"Нельзя. Я из Питера, а это обязывает" - возмутился невидимый собеседник.
"Хорошо, присылайте, только лично в руки", - беспокоился Олег.
"Не беспокойтесь. Всё давно отработано и поставлено на поток. Где фото бабушек? Мне также понадобится их ежедневный маршрут и привычки".
Олег добросовестно отправил требуемое.
"Ну как, берётесь?" - беспокоился Олег.
Вместо ответа Родион прислал сумму, увидев которую, Олег икнул. Это всё, что у него есть! То, что удавалось утаивать от жены в течение нескольких лет. Он мечтал о новом автомобиле, но, видимо не судьба.
"Всю сумму целиком?" - решился Олег.
"Можете половину. Я вам доверяю. Меня ещё никто не обманывал". - последовал ответ.
Ну кто бы сомневался! Разумеется, мало кому захочется очутиться на месте бабушек.
"Я переведу всю сумму" - решился Олег. - "Только, пожалуйста, успейте до лета".
Он отправил все деньги на счёт Родиона.
"Получил. Жди результата" - экран потемнел. Изображение топора рассыпалось на куски, вместо него появился Фёдор Михайлович, который, казалось, смотрит Олегу прямо в душу. Затем, укоризненно покачав головой, исчез и он.
Олег вытер с лица пот. Готово! Он сделал это! Мужчина подавил неуместную жалость. Бабы сами виноваты! Они это заслужили!
Он пытался поговорить с женой по-хорошему. Квартира досталась ему от бабушки, но он был согласен отдать половину, и в придачу крупную сумму, только чтобы Ромка остался с ним.
-Мне не нужна твоя квартира и деньги, - спокойно сказала жена. Сына всё равно отдадут мне. И правильно. Отец не сможет правильно воспитать. Я приведу на суд кучу свидетелей, которые про тебя такое расскажут! Наши соседи давно уверены, что ты кухонный боксёр. Ты можешь сколько угодно бить себя в грудь, и уверять всех, что ты идеален. Кому поверят? Заслуженной учительнице или инженеру, который любит бухнуть? И, кстати, я давно хотела отсюда уехать. Зря я тебя тогда послушалась и переехала в большой город, где никому до тебя нет дела. Я всё равно перееду в родной посёлок. Мама уже пожилая женщина, она стала часто болеть, скоро уже не сможет без посторонней помощи.
"А разве вампиры болеют?" - хотел удивиться Олег, но вовремя прикусил язык.
Он хотел дождаться, когда сыну исполниться четырнадцать, и только тогда подать на развод. В этом возрасте учитывают желание ребёнка жить с одним из родителей. Но ждать ещё семь лет не вариант. К тому времени он рискует превратиться в подобие тестя, а во что превратится Ромка, он не хотел думать. Да, женщины слабей мужчин. Физически. Но ведь чтобы уничтожить личность, сила и не нужна.
Олег вышел из режима "инкогнито", благодаря которому невозможно отследить, с кем он общался. Закрыл ноутбук. Конечно, тёщу немного жаль, но ведь акция.....
Педсоветы тёща любила. Как приятно, упиваясь собственной властью, обрушиться на молоденьких учительниц, которые не только не умеют вести уроки, но и приходят в школу в неподобающих их статусу одеяниях. Лично она всегда носила строгие костюмы, прекрасно сидящие на её не по возрасту худощавой фигуре. Педагогам постарше тоже доставалось. Завуч любила держать всех в тонусе, и неважно, совершил учитель проступок или только собирается. То, что идеальных людей (кроме неё) нет, она была в курсе. Но ведь можно и нужно стремиться к идеалу.
-Мы учителя, а это звание обязывает. Я просмотрела социальные сети всех вас. Вот вы, например, выставили фото, где празднуете восьмое марта. - указующий перст остановился на физкультурнике. - По фото видно, что вы, мягко говоря, не трезвые. Вы в блузке с огромным вырезом, - палец указал на даму средних лет с тоскливым взором. - Понятно, что вы надеетесь мужика найти, но поверьте, таким образом вы его не найдёте!
Женщина заплакала, и завуч с неудовольствием увидела, как её безответный муж, который преподавал в школе физику, шепчет ей что-то утешительное. Ничего, она дома с ним так поговорит, что он пожалеет, что проявил неуместную жалость к убогой.
-А вот вы опубликовали своё фото в мини платье, в котором постеснялись бы работать и труженицы трассы. Молоденькая учительница залилась румянцем, а трудовик потянулся к телефону...
-За подобные фотографии буду нещадно наказывать рублём. В особо тяжёлых случаях-увольнением. Всем понятно?
-Но ведь после работы мы можем делать что хотим. В пределах уголовного кодекса, конечно, - попыталась возмутиться молоденькая учительница.
-Если у вас есть подобные мысли, то лучше сразу увольняйтесь, не позорьте звание педагога. Учитель себе не принадлежит, он на работе круглые сутки. Ваши профили видят дети и родители. Что они о вас подумают, увидев в платье, которое не закрывает пятую точку? Как вы будете их воспитывать и учить? Мне уже персонально на вас поступила жалоба. Мама ученика, которого застала за рассматриванием вашей фотке. Готовьтесь к увольнению по несоответствию занимаемой должности. Остальные примите к сведению. У меня всё.
Педсовет затянулся, впрочем как всегда, и женщина возвращалась домой практически в темноте. Мимо проехал автомобиль, колёса попали в лужу, облив её с головы до ног. Женщина посмотрела на номера. Ага, питерские. Завтра же она пойдёт в полицию, где работают её ученики и добьётся, чтобы владельцу был выписан громадный штраф.
Дверка открылась, и водитель, темноволосый худощавый мужчина,, подбежал к ней.
-Простите, я засмотрелся на вас. И не увидел лужу.
-Чтооооо? - с угрозой произнесла пожилая дама. - Я сейчас полицию позову!
-Понимаете, вы меня зацепили своей походкой уверенной в себе женщины, знающей чего она хочет. Молодые ходят так, будто они неуверенные в себе существа, не имеющие внутреннего стержня. А вот вы не такая, вы отличаетесь.
Женщина внимательно посмотрела в глаза мужчины. И пропала. Взгляд обещал многое, заставляя вспомнить о вещах, о которых она боялась признаться сама себе... Мужчина понимающе ухмыльнулся.
-Милая, а зачем держать под запретом совершенно естественные эмоции и чувства? Выплесните их наружу! А я вам помогу.
-Мне пора домой, - слабым голосом ответила женщина, чувствуя, что домой ей хочется меньше всего на свете. Какой у мужчины голос. Побуждающий самые низменные инстинкты, которых раньше у неё не было в принципе. А если и были, то находились взаперти в самом дальнем уголке сознания.
-А зачем вам домой? - интимный шёпот заставил её забыть об остатках благоразумия, -Дома ждёт убогий муж, который вам давно надоел до зубовного скрежета. Разве ж ему под силу удовлетворить ТАКУЮ женщину? А мне вот под силу.
-Кто вы? - сдалась завуч. - Дьявол искуситель?
-Нет, конечно. Меня зовут Родион. Я в вашем городке по делам. Завтра я уеду, и никто не узнает, чем мы занимались....А тебе будет что вспомнить. Соглашайся, милая. Я знаю, что тебе надо.......
-Папа, а мама сегодня не придёт?
-Нет, Ромчик, мама придёт только утром. Она звонила, сказала, что заночует у подруги.
-А можно поиграть в компьютер? - ребёнок совершенно не расстроился, что матери нет дома.
-Только один час. А потом в постель,- строго сказал Олег. Жена запрещала сыну даже приближаться к компьютеру, и ставила родительский контроль. Но сейчас можно.....
Результат, как и было обещано, был доставлен в нескольких коробках.
Олег вскрыл первую. Достал содержимое. Вгляделся....И с трудом подавил рвотные позывы. Противно. Но придётся просмотреть всё. Его жена и Родион. Как же она отвратительно смотрится рядом с фигуристым парнем. Надо же, какая затейница! Он и представить не мог, что она любит такие вещи.
Затем он открыл другую коробку. Там, помимо фотографий, была флешка с видеосюжетом....
Тёща, из одежды на которой, были только туфли на высоких каблуках, подошла к прикованному наручниками к кровати парню.
-Назови мне третий закон Ньютона! - послышался строгий учительский голос.
-Я не помню! - испуганный голос принадлежал Родиону.
-Ты не учил? - просвистела плетка.
-Учил! Я правда учил, - зарыдал Родион. - Не надо, не ставьте мне двойку...
Плётка свистнула ещё раз. Олег вздрогнул и отвёл глаза от творящегося непотребства. Да, ролевые игры Родиону удавались идеально. Понятно, почему у него такие дикие расценки...Он открыл ещё одну коробку, из которой выпали наручники и плётка. Ну что ж, теперь он сможет убедить жену оставить Романа ему....А вот эту коробку можно отправить тестю. Ему будет интересно посмотреть.....
-Отправлю эти снимки всем твоим ученикам. Друзьям. Родителям.
-Только не родителям, - завизжала жена.
-А кто меня остановит? - удивился Олег. - Вот, смотри, здесь особенно пикантно, где ты оседлала....
-Будь ты проклят, - рыдала Ольга....
Развод прошёл без происшествий. Ольга с ненавистью сообщила, что не против оставить Ромку отцу. Она уехала в тот же день. Как же ей надоел этот мерзкий город, населённый равнодушными и злыми людьми. То ли дело их небольшой уютный городок....
-Как развелась с отцом? Но почему? - допытывалась Ольга.
-Твоему отцу не понравилось, как я вела урок физики....- расплывчато сказала мать.
-Не переживай, мама, он приползёт к тебе на коленях.
-Не приползёт, доча. Он живёт с такой же убогой, как и он сам.
-Ну так уволь обоих, делов то. Организуй травлю. Я тебя не узнаю, мама!
-А сама-то оставила ребёнка Олегу. И даже не потребовала у него половину квартиры, дура. Да и ребёнка ещё не поздно отсудить у отца.
-Уже поздно, - тихо сказала Ольга. - Я могу устроиться к тебе учителем?...
Родион Раскольников внимательно посмотрел на сообщение.
"Мне рекомендовал вас Олег, он в восторге от ваших методов. У меня свекровь, в семью лезет, сил нет. Возьмётесь?"
Конечно, он возьмётся. Правда, за совсем уж возрастных клиенток он не брался. Строго до 60-ти лет. Потом в игру вступали совсем другие люди. Они обрабатывали непростых старушек, и гонорары у них были заоблачные. Взять хотя бы ООО Макс Галкин. За рубежом тоже были подобные. Все гадают, почему у французского президента такая жена. О том, что он сотрудник Макрон Инкорпорейтед знают только посвящённые. Ему о таком только мечтать...Ну да это не его уровень. Он занял свою нишу, а со временем...Посмотрим.
Решили в этом году с мужем и ребёнком поехать на 8 дней в Дагестан. Ни разу тут не были, все говорят восторженно о нём. Подумали и полетели. Отдыхали в двух городах - Махачкала и Дербент.
И так, что могут сказать, после отдыха в Абхазии, я больших планов и мечт на Дагестан не строила. Понимала, что будет плюс минус одинаково. Не ошиблась.
Антисанитария. Везде кучи мусора, мусорок нет. Ни возле магазинов, ни возле домов. За 4 дня в Махачкале, я лишь однажды увидела мусорку возле магазина, и то всю переполненную.
Рынок, это вообще отдельная тема. Я, когда зашла в молочный отдел на рынке в Дербенте, чуть прям там и не блеванула. Там стоит ужасная вонь, продавщицы голыми руками накладывают творог, потом грязным полотенцем руки вытирают, всё грязное вокруг. Если что, рынок в Махачкале не лучше. Не понимаю, восторженных отзывов о рынках в Дагестане. Ни где нет ценников, а если и есть, то не на те товары, которые там стоят. И как же бесит, постоянно узнавать цену. На рынке вообще цена плавает, для меня стоит 500 рублей майка, а для другой женщины 800. И так во всём. Не торгуются в Дербенте от слова совсем. Как только начинаешь торговаться, то сразу отворачиваются. Как мне сказали, вас тут много, ты уйдёшь, а другая купит. В Махачкале ещё можно поторговаться. Кто говорил мне, что в Дагестане все очень дёшево, придется их расстроить. Всё подорожало, а рынки все заполнены китайским вонючим товаром. Только с огромной накруткой. Как сказала мне местная жительница, не все рады, что Дагестан стал популярен у туристов.
В Дербенте везде стоит вонь канализации. Что возле моря (хотя его и морем то сложно назвать, озеро это), что просто в центре города. В Махачкале канализацией не пахнет, просто мусором везде воняет.
Водители. Я охренела просто от манеры их вождения. В Абхазии с таким я не сталкивалась. В Дербенте все постоянно сигналят. Перехожу дорогу с сыном на руках, а мне просто уже на пятки наезжают и сигналят во всю. Кстати, в первые увидела в Дагестане, чтоб ДПС с другой машиной на перегонки гоняли днём.
Одежда. Тут всё просто, в Дербенте я ходила в шортах, всем всё равно. А вот в Махачкале нет, стоит одеваться закрыто. А то не ровен час, тебя укусят (знакомую в Махачкале укусила женщина за плечо, за то что она была в майке).
Конечно же есть и плюсы. Это горы. Горы просто фантастические. Очень красиво. В Дагестан стоит ехать за этими впечатлениями. И кухня, очень вкусно везде готовят. Но нужно быть осторожным с местом выбора, где покушать. И нужно быть готовым,что не все из меню согласятся готовить. В одном ресторане, мне сказали, что будут готовить только пиццу, чуду и шашлык. На остальное и не смотрите.
Кстати, про отношение к девушкам. Скажу честно, мне стало жалко тут местных женщин. Постоянно наблюдала картину, что женщина работает, а мужчины сидят на улице, пьют чай и в нарды играют. Работающих мужчин встречала только в такси и гиды. На вопрос к мужчинам, где же здесь работают мужчины, постоянно получала ответ - кто где. Как мне сказали, мужчины тут ленивые. Работать не хотят. Зато в мечеть каждую пятницу ходят. Да и вообще, здесь больше ведут разговор с мужчиной, а на женщину, как на пустое место смотрят. На мои вопросы только гиды и отвечали.
Как вердикт, и с маленьким ребёнком можно отдохнуть. Главное, на экскурсии ездить индивидуально. Вернулась бы, я туда? Нет.