Добрый!
Написал клиент: «Нужен нож в подарок человеку, который всю жизнь был летчиком истребителя».
Обсудили детали, я предложил сделать нож с гравировкой истребителя, чтобы сильно не дорого, но клиент сказал так:
- Дядь, сделай красиво
- Базару зиро
И спустя какое-то время:
Нож-истребитель, на деревянной подставке
Корпус истребителя и рукоять ножа сделаны из дюрали (для более приемлемой цены), из титана это бы стоило огогого. Фрезеровал я сам на своем станке. Крепление на магните: фиксируется плотно и вытаскивать удобно.
Сам клинок сделан из AUS10CO, очень прикольная сталь. Твердость 62HRC
Клинок кинжального типа для красоты, а так он с одной стороны только заточен, что выводят его из категории ХО.
На этом пока все. Спасибо за внимание и острых Вам ощущений!
7 сентября 2010 года в аэропорту города Мирный полусонные пассажиры занимали места в салоне самолета, ТУ–154. Авиалайнер готовился к вылету в Москву.
Самолет находился высоте 10.600 метров, когда отключился автопилот. Ситуация неприятная, но это еще не ЧП. Какое–то шестое чувство подсказало командиру экипажа Новоселову, что в этот раз все так просто не обойдется. Предвидя вариант с экстренной посадкой, он связался с диспетчером:
— «У нас проблемы с электропитанием. Прошу подготовить запасной аэродром».
Ответа Новоселов не услышал – радиостанция пискнула и замолчала. Самолет остался без радиосвязи.
Вслед за автопилотом стали отключаться остальные приборы. Датчики крена и тангажа, указатели курса «умирали» один за другим.
Почти мгновенно вышли из строя все навигационные приборы.
«Завалились» не только оба авиагоризонта, но и третий – резервный, что не предусматривается никакими инструкциями, поскольку такого просто не может быть никогда! Без навигационного оборудования экипаж нем, глух и слеп. Это все равно что вести автомобиль в надетом на голову мешке.
Ситуация, даже не требующая обдумывания – только посадка, и посадка срочная: отключились насосы, перекачивающие горючее из крыльевых баков в двигатели, а это значит, что двигатели вскоре остановятся и самолет начнет просто падать.
Самолет снизился до 3.000 метров, внизу холмы, тайга, садиться на которые – чистое самоубийство. Блеснула серебристая полоса – река Ижма, Ту пошел вдоль нее. Показался стоящий на берегу реки поселок Ижма. Командир и экипаж высматривали подходящее для посадки место. Если такое не будет найдено – сажать самолет они будут на воду, прямо напротив поселка, чтобы жители Ижмы оказали помощь тем, кто уцелеет.
И тут штурман крикнул: «Командир, полоса!»
Если бы у летчиков было время на обдумывание, они бы прежде всего удивились: откуда здесь не числящийся ни в каких реестрах, не отмеченный ни на каких картах аэродром?
Его просто не должно быть! Это или галлюцинация или… чудо.
Ту–154 развернулся и пошел в сторону полосы. Россия – огромная страна, в ней более тысячи городов и десятки тысяч поселков. Железные и шоссейные дороги связывают их между собой. Но есть населенные пункты, куда ни поездом не добраться, ни машиной не проехать. С Большой землей их связывает малая авиация. Як–40, Ан–24, Л–410, Ан–2, ИЛ–14 и вертолеты в советское время для жителей горных аулов и таежных поселков были привычным средством передвижения, как для нас сегодня маршрутные такси.
В 1978 году в п. Ижма открыли аэропорт местных воздушных линий, было построено здание аэровокзала и взлетно–посадочная полоса. Каждый день в Ижму прилетали и улетали самолеты местной авиалинии.
В аэропорту работали 126 человек. В 90–х наступили трудные времена, начался закат ижемского авиахозяйства. Самолеты стали летать все реже, сперва пять дней в неделю, затем четыре, затем два. По мере снижения числа рейсов уменьшался и численный состав работников аэропорта.
Людей сокращали, многие уходили сами.
Из 126 осталось 70, затем их стало 40, потом 8, потом 2.
В 1998 году аэропорт перепрофилировали в вертолетную площадку и в «Комиавиатранс» решили, что для площадки, работающей три дня в неделю, и двух человек много и оставили одного — Сергея Михайловича Сотникова.
Сотников работал в Ижемском аэропорту с первого дня его существования. В 1978 году 20–летним выпускником подмосковного Егорьевского авиационно–технического училища, прибыл он по распределению на работу в Ижму и остался здесь навсегда. В 1997 году стал начальником аэропорта, а через год – начальником вертолетной площадки.
По мере того, как сокращался обслуживающий персонал, Сергей Михайлович брал на себя дополнительные функции.
И вот настал день, когда он остался один: и начальник, и дворник, и диспетчер, и кассир, и сторож, и уборщик, и слесарь–ремонтник, и электрик.
Все 12 лет Сотников содержал в порядке кроме посадочного квадрата для МИ–8 и взлетно–посадочную полосу, которая была вычеркнута из всех реестров и не значилась ни на одной карте, на которую многие годы не садились и не взлетали самолеты.
Он регулярно чистил дренажи от старой травы, чтобы не произошел подмыв полосы. Убирал с бетонных плит старую арматуру, регулярно вырубал и выкорчевывал кустарники и деревца, пробивавшиеся в зазорах плит. И так 12 лет.
— Почему? Позже Сотникову еще не раз зададут этот вопрос.
Ответ поражает простотой:
— «Пусть говорят, что аэродром вроде как брошенный, но там же есть человек, который работает, значит я в ответе, правильно?».
Ту пролетел над аэродромом. Эх, коротка полоска! Придется экономить каждый метр. И все равно ее не хватит. Длина ижемской ВПП 1340м, а Ту для посадки нужно как минимум 2500.
Аварийная гидросистема не подвела — самолет выпустил шасси. Но из–за отказа электропривода не вышли закрылки. Самолет не мог сбросить скорость до положенных 270км/ч, садиться предстояло на 380км/ч, с отключенными навигационными системами, контролируя положение самолета исключительно по визуальным ориентирам.
Бортпроводница вышла в салон:
–«Уважаемые пассажиры! Самолет совершает вынужденную посадку. Просим всех пристегнуться, убрать колющие и режущие предметы, снять зубные протезы, очки и обувь на высоком каблуке, поднять спинки в вертикальное положение».
Трижды заходил Ту на посадку и трижды в последний момент взмывал в небо – экипажу не удавалось попасть в начало полосы.
Самолет пошел на посадку в четвертый раз. Со стороны Ижмы в сторону аэродрома бежали люди.
Самолет сел прямо на первую плиту, мягко, можно сказать идеально. Добежав до конца полосы, он врезался в лес, ломая и сминая деревья. Будь удар сильнее, могли пробиться крыльевые топливные баки, возникнуть пожар.
Но пока самолет катился по ВПП, с каждой сотней метров скорость падала: 380км/ч, 350, 300, 250, 200…
Выкатившись на 164 метра за полосу, Ту–154 остановился.
Подъехавшим представителям администрации командир воздушного судна Новоселов доложил: –«Самолет Ту–154 совершил аварийную посадку. На борту 72 пассажира и 9 членов экипажа. Пострадавших нет».
Впоследствии эксперты назовут посадку в Ижме Ту с неработающим навигационным оборудованием чудом.
Но сами летчики чудом считают появившуюся из ниоткуда взлетно–посадочную полосу.
Но как раз в этом не было ничего сверхъестественного – это «чудо» сотворил Сергей Михайлович Сотников, простой, преданный своему делу, человек.
Бабушка доставлена в 13 больницу Нижнего Новгорода, не помнит своего имени и родных.
ищем родственников.
Хотел бы поделиться лайхаком (хотя для медиков и химиков - это норма).
Многие из нас покупали в аптеках перекись водорода у которой есть условия хранения и срок годности.
Примерно такую пластикувую емкость.
ТАК ВОТ К ГЛАВНОМУ:
Перекись водорода H2O2 элементарно делается в домашних условиях из таблеток - ГИДРОПЕРИТ (которыми в 90-х девченки волосы осветляли). Цена - копейки!
2 таблетки на стакан воды - разболтать минуту: перекись готова!
3 таблетки - пергидроль (это уже для сложных ран) - инет в помощь!
В походы всегда беру таблетки гидроперита.
В случае чего развести и обработать рану есть чем: вода из ручья, реки, озера, да лужи в конце концов.
Экономия в деньгах - перекись в водяном растворе стоит дороже пачки таблеток из которых можно сделать литров 10! но ,теряет свои свойства довольно быстро!
Экономия в объеме рюкзака - не надо таскать жидкости!
Дома всегда есть ! Растворяется за минуту!
Проходила собеседование на работу мечты. Решила попробовать, но понимала, что шансов у меня не очень много. Без опыта работы по этой специальности (недавно переучилась), недавно из декрета и, судя по всему, с первого взгляда чем-то не понравилась будущей начальнице. Тут в её кабинет по какому-то делу заглянул начальник другого отдела, увидел меня, поздоровался как со старой знакомой, сказал, что рад видеть. Я на всякий случай в ответ поздоровалась, хотя его не знала. И начальница говорит: "Ну, раз он Вас знает, будем считать за рекомендацию. Ждём Вас первого числа". С ним я редко пересекалась, сидим в разных корпусах. Когда у меня уже заканчивался испытательный срок, узнала, что он учился вместе с моей сестрой и тупо меня с ней перепутал (мы действительно очень похожи). Очень удачно получилось! До этого меня с ней путали только тогда, когда мне за неё в детстве влетало...
