Ну вот я это сделала. Ровно год назад перед днем рождения своей взрослой сестры (ей уже 25) я задумалась, а что дарить ей на следующий день рождения. Сложность в том, что она обожает книжку «Маленький принц» Экзюпери, а я уже который год дарю подарки в этой тематике и варианты кончились. Остался только «слон в удаве», стала искать игрушки и поняла, что не производят их, да и на Ярмарке Мастеров нет ни мастер классов, ни самих игрушек. И тут я вспомнила, что когда-то давно в 11-12 лет я вязала крючком какую-то игрушку своей тогда еще совсем маленькой сестре, значит я могу связать и сейчас? Вспомнила как держать крючок и спицы, посмотрела видеоуроки на ютуб и понеслась. Целый год я вязала подарки друзьям, пользуясь схемами из интернета. И вот опять наступил май и у сестры день рождения, а ситуация с подарком и наличием вспомогательных материалов не изменилась.
Ну для начала я решила нарисовать план:
А потом взяла крючок и понеслось…
Я сделала это! Подарок готов, сестра будет в восторге, а я собой очень сильно горжусь!!!!
Расскажу о самом страшном, по эмоциям, случае в моей жизни. Больно, страшно плюс безвыходность - это самое жуткое, что может быть в жизни. Даже когда тонешь, есть надежда выплыть. Но иногда нет такой надежды.
Итак, мне 14, и я пасу коров верхом на лошади, далеко в полях. Лошадь высокая, породистая, нетипичная для колхозной (поздний СССР, перестройка). К седлу примотана клубком веревка, чтобы лошадь привязывать.
Я пытаюсь спешиться, спрыгнуть с лошади. Перекидываю ногу для этого, и нога, которую я перекидываю, попадает в клубок веревки. Веревка затягивается хитрым узлом вокруг ноги, и намертво схватывает. А вторая нога уже почти на земле. Носком касается земли.
И я становлюсь распятой. Одна нога на той стороне седла намертво в узле, вторая еле касается земли носком. Такой вертикальный шпагат. И я пошевелиться не могу в этом захвате.
Я вишу, между небом и землей, корчась от боли. Ничего не могу сделать. Любое малое движение - и кажется мышцы промежности с треском порвутся от такого шпагата. Боль адская. Одной рукой отчаянно держусь за крыло кавалерийского седла, вторая болтается.
Но самое страшное - а вдруг лошадь сейчас чего-то испугается и побежит? Меня же размотает на колбасу. Да даже если лошадь шаг сделает, меня порвет!
Я обливаясь, потом, уговариваю лошадь стоять. Умоляю, плачу. Не зову на помощь людей - бесполезно. Знаю, вокруг никого нет.
Вдруг бежит молодая телка, задравши хвост. Прыгает возле нас. Я прошу лошадь стоять, не дергаться. Кобыла возрастная - 22 года. Прислушивается ко мне. Стоит, как истукан. Даже траву перестала есть.
Не знаю, сколько так провисела в отчаянии и беспомощности, уговаривая кобылу стоять. Вся маленькая жизнь перед глазами пролетела. Под моим весом, то ли узел чуть ослаб, то ли мышцы растянулись. Я поставила одну ногу на землю твердо через какое-то время. Получился упор, я ослабила подпруги и стянула седло.
Как я была благодарна кобыле по кличке Тамарка! Замечательная, чуткая лошадь. Ее ждали всевозможные вкусняшки.
Теперь я понимаю, почему раньше казаки воспитывали лошадь на войну под себя с детства.
На лето мать отправляла меня в деревню к тетке. Привозила в первые дни каникул и забирала ближе к осени. Она тогда работала на износ, но денег не хватало даже на горящую путевку: жили мы в кредит.
Тетя Марина была ее младшей сестрой, мягкой, приветливой, душевной. Своей. В ее доме по выходным уютно пахло пирогами. Помню, как она ласково трепала меня по макушке, интересовалась успехами в учебе и ставила меня в пример своей дочери, Наташке, вечной троечнице.
Между мной и двоюродной сестрой Наташей было чуть больше четырех лет разницы. Целая пропасть. Иногда взрослые поручали ей за мной присматривать, она недовольно фыркала, как вытрепистая кобыла, и ныла о вселенской несправедливости. Ее ждали подружки и короткое лето, и ей совершенно не нужен был довесок в лице младшего братика. Надо ли говорить, что мои приезды Наташку не радовали и меня она терпеть не могла?
Зато теткин муж, дядя Коля, возился со мной совершенно искренне. Брал на рыбалку, катал на тракторе. Он был крепким, надежным, рукастым мужиком, и вечерами, когда вся семья собиралась за столом, он смотрел на своих жену и дочь с таким неподдельным теплом и заботой, что я невольно им завидовал. Своего отца я не знал.
В то лето Наташке исполнилось четырнадцать. За время, что мы не виделись, она резко повзрослела, округлилась и превратилась в почти настоящую девушку. Часами сидела перед зеркалом, старательно выводя стрелки на глазах, и недовольно морщила нос на просьбы матери покормить кур. Походы на речку или в лес по ягоды с подружками не вызывали у нее былого энтузиазма, гораздо больше ее интересовали соседские парни.
Я слышал, как тетя жаловалась мужу, что Наташка совсем отбилась от рук, но дядя Коля только отмахивался: перебесится, погоди. Тетка же, боясь упустить дочку, не придумала ничего лучше, чем навязать ей мою компанию. Сестрицу это откровенно бесило, она фыркала по своему обыкновению, но мать она пока еще боялась и поэтому таскала меня везде за собой.
В тот день Наташа позвала меня гулять на край села. Сюда заходили редко, делать здесь было совершенно нечего. Возле самого леса одиноко стоял покинутый дом. Ставни его были крепко притворены.
— Там бабка Евдокия жила, — невзначай кивнула сестрица. — Прабабка твоя, между прочим. Болтают про нее всякое. Ведьмой она была сильной. Погодой умела управлять, скотину лечила. Померла она давно, дар свой никому передать не успела. Пошли, посмотрим, что там?
Мне было страшно, но я не подал виду: не хватало, чтобы Наташка подумала, что я боюсь.
Внутри царил полумрак, было пусто и пыльно. Досчатый пол, грубо сколоченные лавки, почерневшая от времени печь. И запах дыма, намертво въевшийся в стены.
Наташка подошла к печи и открыла заслонку.
— Есть тут кто-о? — гулко позвала она.
Печная труба протяжно завыла. Наташка звонко расхохоталась, плюнула в открытую печь, а потом повернулась ко мне. На ее лице играла насмешливая улыбка.
— Ты знаешь — когда ведьма умирает, душа ее уходит через трубу? — сказала вдруг она. — Когда бабка Евдокия помирала, то все ждала что придут ее любимые внучки и примут дар. А они не пришли. Не успели. Твоя мамка училась в городе, а моя поехала к ней погостить. Перед самой смертью бабка закрыла вьюшку, села на лавку и испустила дух.
У меня пересохло во рту, и язык прилип к нёбу. А Наташка, все также ухмыляясь, подошла ко мне вплотную.
— Бабку нашли там, возле окна, — кивнула она. — Соседи увидели, что не топится печь и выбили дверь. Там, на этой лавке, до сих пор сидит ее неупокоенный дух, ждет своих непутевых внучек. И жестоко карает каждого, кто сунет сюда свой любопытный нос. Тебе — труба!
Она резко развернула меня за плечи и с силой толкнула в сторону. Я не удержался на ногах и полетел вниз, нелепо растопырив руки, а когда приземлился, то услышал, как за моей спиной что-то захлопнулось. Быстро вскочив на ноги, я рванул было на выход, но с ужасом обнаружил, что выхода нет. Наташка чем-то подперла входную дверь.
— Открой! — что было сил затарабанил я. — Наташа!
Но она не отвечала. Я колотился какое-то время, умоляя меня выпустить, пока не понял, что сестра ушла. Ошеломленный, я медленно сполз на пол. Меня била мелкая нервная дрожь, бешено стучало сердце, отдаваясь в висках, ныло колено, которым я ударился при падении. Но я думал только об одном: а что, если Наташка не вернется? Я умру в одиночестве, как бабка Евдокия, и никто меня здесь не найдет.
В тусклом свете невесомо клубилась пыль. Почему-то она становилась все плотнее, и очень скоро мне стало казаться, что комната как будто наполняется дымом. Была ли это игра воображения или сказалось нервное напряжение, но дышать становилось все труднее. Глаза слезились, но я разглядел женскую фигуру, которая кружилась в дыму и что-то тихо напевала.
Незатейливый мотив внезапно показался мне смутно знакомым. Так пела мне в детстве перед сном мать, укутывая одеялом. Я вспомнил ее заботливые руки и ощутил, как чьи-то бесплотные пальцы коснулись моего лица. Сердце мое ухнуло и я погрузился в темноту.
Меня вызволили ближние соседи: их насторожило, что из печной трубы в пустующем доме валится густой черный дым. Когда открыли дверь, то нашли меня, свернувшегося калачиком у входа. Лицо мое было мертвенно-бледным, дыхание слабым. Не знаю, что всех больше испугало: то, что меня никак могли привести в чувство, или холодная нерастопленная печь. Фельдшер сельской амбулатории, помахав ваткой с нашатырем, решила не рисковать, а доставить меня в районный стационар. Отправив нарочного разыскивать моих тетю и дядю, она вызвала скорую.
Единственная на весь район скорая приехала на удивление быстро. Я смутно помню, как мы мчались, резво прыгая на ухабах проселочных дорог, а тетя Марина, ехавшая со мной в больницу, всю дорогу гладила мою руку и шептала:
— Лешенька, держись! Держись, маленький! Все будет хорошо.
Когда до приемного покоя оставалось какая-то пара километров, поступил другой срочный вызов. В нашей деревне произошло ДТП, трое пострадавших, один тяжелый. Сдав меня дежурному врачу, бригада помчалась обратно, но пока они добирались, тяжело пострадавший скончался. Это была Наташка, моя глупая сестра.
***
Как оказалось, Наташку пригласил покататься на машине сынок местного перекупщика, Димка, дерзкий шестнадцатилетний засранец. Дурочке было лестно, что на нее обратил внимание такой видный парень, и, не придумав ничего умнее, чем закрыть меня в бабкином доме, она галопом поскакала на покатушки.
Для приличия Наташка позвала с собой подружку. Димка встретил девчонок на новеньком отцовском автомобиле. Прав у него не было, ключи он тупо спер, но кто обращает внимание на такие мелочи? В местной разливайке парень взял пива для культурной программы, и веселая компания радостно поехала навстречу приключениям.
Они с шиком гоняли по окрестностям, девчонки задорно визжали на головокружительных виражах. На очередном повороте деревенский гонщик не справился с управлением и влетел в бетонный складской забор. Ту сторону, где сидела Наташа, смяло как фантик.
Димка говорил потом в свое оправдание, что виной всему стала плохая видимость: дорогу внезапно накрыл налетевший плотный туман. Плохому шоферу всегда что-то мешает. Он отделался, кстати, достаточно легко, Наташкина подружка тоже. А тело моей сестры доставали из машины специнструментами.
Похоронами и поминками занималась моя мать. Тетя Марина под воздействием сильных препаратов смирно сидела на стуле и таращилась совершенно пустыми глазами на противоположную стену. Дядя Коля вроде держался, но на похоронах он вдруг бросился к гробу, стал вынимать тело дочери и исступленно кричать, что никому не отдаст свою девочку. Мужики его скрутили и силой увели в дом.
Я в это время валялся в стационаре и на похороны не попал. Вроде бы не было ничего серьезного, но врачи почему-то наблюдали меня две недели. Зато потом мы с матерью несколько раз ездили на суд.
Отец Димки сразу же предложил договориться.
— Марина, не порти пацану жизнь! — сказал он, называя конкретную сумму, — Дочку ты все равно не вернешь.
Высохшая от горя тетя была неприступна: парень виновен, должен понести наказание. Держалась она холодно и отстраненно, и Димкин отец быстро сообразил, что ловить тут нечего. Дядя Коля к тому времени крепко запил, и переговоры зашли в тупик.
Родители Наташкиной подружки не были столь категоричны: дочке нужны были деньги на лечение и вообще... Городской адвокат хорошо отработал свой гонорар, в итоге Димке дали условку. Решение суда тетя выслушала с каменным лицом. А потом обвела всех присутствующих тяжелым взглядом и сказала:
— Будьте вы прокляты!
Она пропала на несколько дней. Обеспокоенная мать сорвалась в деревню, а когда вернулась, скупо поведала, что Маринка двинулась умом. Ушла жить в дом бабки Евдокии, и теперь целыми днями топит печку, а потом закрывает вьюшку и ходит кругами в дыму по избе, и что-то пришептывает. Мать стучала в окна и двери, сбивая в кровь кулаки, кричала: «Выходи, дура, угоришь!». Но тетка все нарезала круги по избе и даже не кашляла.
Потом мать еще несколько раз моталась в деревню, переживала, умоляла тетю вернуться домой к мужу. Бестолку. А через какое-то время до нас дошли странные известия: Наташкину подружку сбила с ног и затоптала лошадь. Девочка сильно пострадала. Ее лечение встало родным в копеечку, они залезли в долги, продали скотину и дом. Но даже столичные доктора не вернули здоровье ребенку.
Потом погиб Димка. Он с родителями поехал на районную ярмарку, по дороге в райцентр автомобиль попал в перемет и вылетел на встречку. Его отец пьяно рыдал на похоронах, говорил, что сожжет ведьму — мою тетю — на хрен, а на следующий день мужчину внезапно разбил паралич. Восстановиться он так и не смог, смирно лежал в кровати, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, и тихо скулил, глядя в потолок.
Судью сняли за взятки, городской адвокат вляпался в какое-то дурно пахнущее дело. Мать качала головой и горячо молилась долгими зимними вечерами перед простенькой иконой, неожиданно купленной в церковной лавке. В деревню она больше не ездила, да и останавливаться там стало не у кого — дядя Коля сошелся с другой женщиной, продал дом и переехал в райцентр.
***
В седьмом классе я перевелся в другую школу. Физико-математический лицей открывал хорошие возможности мальчику с района. Пройдя жесткий отбор, я вцепился зубами в маленький призрачный шанс пробиться наверх.
Чтобы выжить, нужно было соответствовать: учиться без троек и участвовать в жизни лицея. Активисты были на особом счету, и в первую же неделю я подписался на все школьные мероприятия и проекты. Как в том фильме: «песчаный карьер — два человека». Я был везде и всюду: в школьной команде КВН, в редколлегии лицейской газеты, с удовольствием ездил на олимпиады, участвовал в конкурсах. А потом я встретил ее и пропал.
Ее звали Валерия. Лера. Во время нашей первой встречи я даже не обратил на нее внимания: маленькая серая мышка. Тонкие жидкие волосы, собранные в хвост, форменный жилет на вырост. Мы пересекались то на репетициях нашей команды, то на школьных конкурсах. Пару раз она подходила ко мне на перемене, мямлила: «Леша, ты мне не поможешь с задачкой?». Ничего особенного. Хотя порою мне казалось, что она плетется за мной после школы, нелепо прячась за газетными киосками.
А после Нового года я вдруг понял, что люблю ее. Безумно. «Лера Некрасова», — выводил я на листочке, выдранном из тетради по физике — «Пойдешь в кино на выходных?». Это было чувство на грани помешательства. Я не мог нормально есть, не мог спать. Я думал только о ней. Все остальное просто перестало существовать.
Поначалу Лера снисходительно разрешала провожать ее домой после школы. Под завистливые взгляды одноклассниц она вручала мне свою сумку, и я брел за ней через заснеженный парк, как верный пес. Пару раз мы сходили в кино и на каток. Но чем больше я добивался ее, тем больше она отстранялась.
— Леша, — сказала она однажды. — Ты меня бесишь. Таскаешься за мной как придурок, глазками телячьими моргаешь. Отстань уже!
Она гордо зашла в подъезд и захлопнула дверь перед моим носом. Я пристроился на детской площадке под ее окнами, и не мог понять: за что она так со мной? Я проторчал там до глубокого вечера, продрог до костей, и все надеялся, что вот сейчас она выйдет и все объяснится. Лера не вышла.
Утром я проснулся с температурой. У меня не было ни насморка, ни кашля, но обеспокоенная мать сразу же вызвала врача. Назначенное лечение помогало слабо, ртутный столбик как будто завис на отметке сорок и никак не хотел опускаться вниз. Я горел, и в горячечном бреду звал ее: «Лера!».
А потом наступило просветление. У изголовья кровати я увидел мать, она обтирала мое лицо смоченным холодной водой полотенцем. В комнате пахло чем-то сладковатым и смолистым — на подоконнике, в жестяной консервной банке, курились какие-то благовония. Кружилась голова, то ли от легкого ароматного дыма, то ли от слабости и недомогания.
Мать решительно протянула мне чашку с горячим отваром и приказала его выпить. Горькое варево не лезло в горло. Я сделал пару глотков и меня тут же вывернуло наизнанку, но мать это ничуть не смутило.
— Пей, сынок! — твердо сказала она. — Так надо.
Температура исчезла. На следующий день мать, удовлетворенная моим общим состоянием, велела собираться. Надевая джинсы, я с удивлением обнаружил, что на мне болтается одежда. В отражении в зеркале на меня смотрело незнакомое лицо, изможденное, бледное, как у покойника.
Мы поехали на вокзал и долго пилили на промерзшей электричке в деревню моего детства. Смеркалось. Когда мы дошли до окраины села стало уже совсем темно.
Я сразу узнал старый прокопченный дом бабки Евдокии. Он практически не изменился, разве что крыльцо покосилось от времени. В нем кто-то жил: справа от входной двери под навесом лежали нарубленные дрова, сложенные аккуратной поленницей, дорожка к дому была почищена от снега.
Мать с силой постучала в притворенное окно.
— Открой, Марина. — позвала она. — Дело есть.
Зажегся свет, входная дверь распахнулась и на пороге появилась растрепанная седая старуха. Я застыл в полном замешательстве: эта женщина никак не могла быть моей тетей, доброй, душевной. Своей. Я жадно вглядывался в изрезанное морщинами лицо, пытаясь найти хоть какие-то знакомые черты, и ничего не находил. Тем временем мать сухо поприветствовала хозяйку дома и кивнула на меня.
— Помоги! Я все отдам, заплачу любую цену, только помоги.
Тетка ухмыльнулась и жестом пригласила нас войти. Обстановка внутри была простой и даже аскетичной: сколоченная грубая мебель, домотканые половички. Над побеленной печью и по стенам висели пучки трав и кухонная утварь.
— А что, Коля ничего тебе не оставил? — не сдержалась мать, пораженная скромностью жилища. — Он же продал дом за хорошие деньги.
— А зачем? — пожала плечами Марина. — У него теперь новая красавица-жена. И дочка новая растет. Пусть растет пока, — добавила она зловеще.
Мне стало не по себе. А тетка, как ни в чем не бывало, велела мне присесть на лавку, взяла с полки огарок свечи и зажгла его двумя спичками. Сгоревшие спички она бросила в пожелтевший граненый стакан, зачерпнула туда воды, а потом, пришептывая, очертила этим стаканом круг возле моей головы и поднесла его поближе к свету.
Грани сверкали, отбрасывая радужные блики на закоптелые стены, свеча потрескивала и адски чадила. Спички немного покружились на поверхности, а потом почему-то быстро пошли на дно.
— Приворожили твоего Лешеньку, — хмыкнула Марина. — Чтобы, значит, вместе и до самого конца. До самой смерти.
— Он все Леру какую-то звал, — тихо откликнулась мать.
— Лера, значит, — задумчиво протянула тетка. — Выйди и подопри дверь.
Как только входная дверь с шумом захлопнулась, сердце мое учащенно забилось. Воспоминание о том, как Наташка закрыла меня в бабкином доме, внезапно вынырнуло из подсознания. Тетка посмотрела на меня как будто с сочувствием, жестом приказала молчать, а потом неспешно подошла к печи, сорвала пучок травы и бросила его на рдеющие угли.
— Поспи, Леша, — неожиданно мягко сказала она, задвигая печную заслонку. — Поспи, маленький. Все будет хорошо!
Комната стала наполняться дымом, а тетка принялась мелодично напевать. Ее голос убаюкивал, я не заметил, как глаза мои стали слипаться, и я провалился в странный сон.
***
Во сне я увидел девочку с волосами, собранными в тонкий жиденький хвост. Она восхищенно смотрела на сцену актового зала и живо сопереживала выступлению любимой команды. Вернее, выступлению мальчика, который отпускал дурацкие шутки. Шутника я не разглядел, но понял, что девочке он очень нравился. Она сжимала кулачки каждый раз, когда видела своего кумира, и толкала в бок подружку на соседнем кресле: «Смотри, смотри вот же он!».
Потом я увидел эту девочку за письменным столом. Сначала мне показалось, что она делает уроки, но, приблизившись, я понял, что она раскладывает карточные пасьянсы, сверяясь с книжкой. На обложке красовалось таинственное: «Мир гадания». Когда пасьянс не сходился, девочка злилась, нетерпеливо перетасовывала карты и делала расклад снова и снова, пока не получала устраивающий ее результат. Лицо юной гадалки было знакомым, но я не мог понять кто это: я смотрел на нее как будто через увеличительное стекло. И видел всю ее подноготную.
«Все равно ты будешь мой!» — упрямо твердила она, пиная ногой балконный парапет. Ее маленькие застывшие пальчики мяли газетную вырезку с напечатанным заговором от ясновидящей Любавы. Я стоял рядом на пронизывающем осеннем ветру, слушал, как она бормочет «выйду не благословясь, стану не перекрестясь...», сплевывая через левое плечо, и не мог отделаться от мысли, какими странными бывают люди. А затем действие переместилось на кухню.
Она готовила печенье. Сверяясь с маминой тетрадкой рецептов, отмеряла нужное количество сахара. Мое внимание привлек темный аптечный пузырек, стоявший возле баночки с мукой: по этикетке «Настойка календулы» шли бурые засохшие разводы.
Девочка откупорила пузырек, когда вымешала тесто. Темные капли тяжело падали в миску под заговор от ясновидящей и разливались кровавыми звездами. Я знал, что будет дальше: сейчас она раскатает пласт, нарежет стопкой аккуратные кружочки и отправит их в духовку. А потом понесет это на школьное чаепитие. «Попробуй, Леша!» — скажет она предмету своих воздыханий. — «Сама готовила». И я попробую.
Передо мной промелькнули новогодние лицейские посиделки и чудные оленьи глаза Леры. И в ту же секунду я очнулся в плотном сизом дыму, скручиваясь от сильного удушающего кашля. Внутренности выворачивало, градом катились слезы, к горлу подступал комок. Я хрипло выдохнул, выплевывая зловонный кусок слизи с кровавыми прожилками, а вынырнувшая из дымной завесы тетка ловко подхватила эту гадость щипцами и бросила в печь. Потом подкинула полено, открыла дымоход и, поманив меня пальцем, поставила возле вьюшки.
— Говори сюда, — указала она на задвижку. — Трещит, горит, сгорает. Ну же!
Трещит, горит, сгорает... Я, захлебываясь, повторял это снова и снова, пока тетка что-то нашептывала рядом и жгла тоненькие былинки. Когда прогорели последние угли, она закрыла задвижку и кликнула с улицы мою мать, уже порядком замерзшую.
Потом мы молча пили чай. Тетка постелила нам на лавках: последняя электричка ушла давным-давно. Мать растирала озябшие руки и задумчиво смотрела то на меня, то на свою сестру, все не осмеливаясь задать мучивший ее вопрос.
— Марина, — сказала она наконец. — Что возьмешь за работу?
— С тебя не возьму, — ответила тетка после недолгого молчания. — И с него не возьму, — кивнула она на меня.
— А как тогда? — удивилась мать.
Тетка внимательно посмотрела на нее, а потом сказала:
— Придет время — узнаешь.
***
На следующее утро мы вернулись домой и все благополучно забылось. На носу был конец четверти, успеваемость моя сильно просела, и поэтому я с головой погрузился в учебу. С Лерой мы больше не пересекались даже на переменах.
Школу я окончил с отличием. Потом был вуз, инженерные войска, переезд в столицу. Мать осталась в провинции, на уговоры перебраться поближе не поддавалась, и я, переживая за нее, часто мотался к ней, проведать. В одной из поездок познакомился со своей будущей женой. Мы влезли в ипотеку, разбили на даче яблоневый сад, родили дочь и завели кота.
Жизнь потекла размеренно и обыденно: дом, работа, семья. Но вчера, когда я зашел пожелать спокойной ночи своей маленькой дочке, в глаза мне бросился странный рисунок, лежавший поверх других на розовой детской парте: черный покосившийся дом и две тоненькие фигурки, одна на лавке возле окна, другая на крыльце.
— Красиво, — кивнул я. — А что это?
— Ты что, папа, не узнал? — удивилась она. — Это же баба Дуся и баба Марина. Они ждут меня в гости. Когда мы к ним поедем?
— Когда-нибудь, — ответил я. — Спи, солнышко!
Я вышел на балкон и зажег сигарету. В памяти одно за другим воскресали воспоминания из далекого прошлого. Я выпускал крепкий дым, и как наяву видел тетю Марину, подбрасывающую в огонь тонкие веточки, суровую, неприветливую, но все равно свою. Я не знал точно, зачем она хочет увидеть мою дочь, но знал наверняка: очень скоро мы всей семьей поедем в деревню, навестить одинокую тетку, живущую на отшибе.
Так надо.
Motorola создавала много продуктов, но многие запомнили её как производителя мобильных телефонов. Если ваш первый телефон был не Nokia 3310 или SIEMENS A35, то скорее всего, это был не менее легендарный RAZR V3. Сверхтонкий металлический корпус с необычным дизайном и подсветкой кнопок запоминался сразу и полюбился многим в России. Просто взгляните на эту красоту.
Сейчас телефоны с названием Motorola до сих пор можно встретить на полках магазинов — некоторые флагманские модели по функционалу и стоимости сопоставимы с iPhone. Но не все знают, что это лишь громкое имя, которое использует компания Lenovo для своих телефонов, как маркетинговый ход.
Свой главный бой «настоящая» Motorola проиграла Nokia и Apple в конце нулевых годов. Символично, что Motorola была первой компанией, создавшей мобильный телефон. Хотя она создала такие продукты, как первый в истории пейджер, и портативную рацию для войск США, и автомобильный радиоприёмник — именно телефоны спустя 40 лет погубили компанию.
История Motorola неразрывно связана с семьёй Галвин. Всё началось, когда молодой человек Пол Галвин вернулся в Чикаго после службы в армии и решил устроиться на завод, производящий батарейки и аккумуляторы. Шёл 1920 год.
Через год Пол Галвин осознал, что хочет быть предпринимателем. Со своим коллегой Эдуардом Стюартом он основал компанию по выпуску аккумуляторов в 1921 году. Компания проработала всего пару лет, и в 1923 году благополучно развалилась. Но Пол Галвин не стал бы образцовым Self-made man, если бы не попробовал снова.
Поработав 3 года в кондитерской, в 1926 году Галвин начал производить сетевые выпрямители тока, пока снова не обанкротился — имущество компании пошло с молотка.
Но и тут предприниматель не сдался. Он занял 750 $, пришёл на аукцион по продаже собственного оборудования и выкупил его часть. В дело вошел и его брат, вложив в дело 565 $. И в 1928 году Галвин основал компанию Galvin Manufacturing, которая начала производство выпрямителей для радиоприёмников.
В 1920-х годах, в Америке был настоящий бум на радио и автомобили. Каждый хотел ездить на машине и слушать любимые радиопередачи. Но была большая проблема — из-за помех от генератора качество сигнала было катастрофическим. Приходилось выключать двигатель, чтобы послушать радиостанцию. Да и сами радиолампы были очень хрупкими и ломались на любой кочке. Если бы получилось решить эту проблему, то можно было захватить огромный рынок.
Galvin Manufacturing принялась за работу. В результате появилось первое автомобильное радио, которое решило эти проблемы и стоило всего 110 $ (ближайшие аналоги стоили 240 $). Модель называлась 5Т71.
Галвин продемонстрировал своё изобретение в 1930 году, на съезде предпринимателей. Причем радио он настраивал в последний момент, уже по пути на съезд, в своем стареньком Студебеккере. Презентация прошла успешно, и с этого момента пошли первые заказы — в том же 1930-м доход от продаж составил $287 000. Со временем компания начала производить и полицейские рации.
Галвин придумал название бренда своих радиоприёмников — Motorola. Оно произошло от словосочетания слов motion (движение) и Victrola — это была марка популярного проигрывателя. До смены названия самой компании Galvin Manufacturing на привычную Motorola оставалось ещё два десятилетия.
Пол Галвин на этом не остановился и продолжил искать новые рынки. В 1936 году появилась идея создать портативную армейскую рацию. Те рации, что использовались в армии в тот момент, весили больше 10 кг и работали в полудуплексном режиме — либо передаёшь сигнал, либо принимаешь. Галвин пригласил на работу профессора Университета штата Коннектикут Дэниела Ноубла, и в 1940 году презентовал армии США модель SCR-536. Он назвал её Handie-talkie — первая дуплексная связь, когда можно говорить и слушать параллельно. В 1941 году Америка вступила в войну, и пошли военные заказы — оборот компании вырос до 9,9 млн $.
В 1943 году компания выпустила для армии портативную версию рации SCR-300, которую назвали Walkie-talkie. Всего компания выпустила 130 000 армейских раций, а к 1944 году оборот компании составлял уже 80 млн $. Это был успех.
В 1945 году война кончилась, и военные контракты прекратились. Однако прозорливость Пола Галвина принесла свои плоды — ещё в 1943 году он догадывался, что война скоро кончится, и его компания занялась разработкой телевизора.
В 1947 году первые телевизоры с названием Golden View поступили в продажу по цене 179,95 $ за штуку — ближайший конкурент RCA продавал телевизоры по цене 300 $. За первый год было продано 100 000 телевизоров, а оборот компании продолжал расти.
В том же 1947 году Галвин переименовал компанию в Motorola и вышел на американский фондовый рынок. В 1950-м году оборот составлял уже 177 млн $.
В 1950-х годах Motorola продолжала наращивать своё лидерство — она обратила своё внимание на рынок транзисторов. Компания открыла исследовательскую лабораторию в Финиксе, и в 1955 году выпустила первые в мире германиевые транзисторы. В том же году появился и знаменитый логотип компании — стилизованная буква «М» в форме крыла летучей мыши.
Выход на рынок транзисторов был успешным благодаря стараниям вице-президента компании, а по совместительству сына основателя — Роберта Галвина. В 1956 году стареющий Пол отошёл от дел и назначил сына президентом Motorola. На тот момент оборот компании уже составлял 225 млн $.
Настоящий прорыв компании произошёл спустя год — многие до сих пор знают компанию Motorola не только по телефонам, но и из-за этой разработки. В 1956 году компания выпустила первый пейджер — модель Motorola Radio Pocket Pager.
Конечно, это был не тот пейджер, который мы знаем — он работал в радиусе 200 метров и выдавал только звуковой сигнал. За это его прозвали бипер, от английского Beep. Тогда их в основном применяли в больницах, чтобы можно было экстренно вызвать врача или медсестру.
Пейджеры стали по-настоящему массовым продуктом уже в 80-е годы, и вошли в жизнь рядовых потребителей. Motorola вплоть до заката эпохи пейджеров в 1990-2000-х годах оставался практически монополистом в этой отрасли. Например, в России хорошо помнят слоган «Pepsi — пейджер — MTV».
Разработки в области транзисторов привели к появлению еще нескольких направлений. В 1960 году компания выпустила портативный телевизор с диагональю 19 дюймов. Модель получила название Astronaut TV и стала хитом продаж в 60-х годах.
И в тот же период Motorola, как пионер в области радиосвязи в сложных условиях (читай: в автомобилях), предложила решение для аэрокосмической отрасли. Знаменитая фраза Нила Армстронга: «Это маленький шаг для человека, но огромный — для всего человечества», передавалась через радиостанцию Motorola.
Motorola в 1960-х вышла за пределы США: начала работу в восьми странах и построила завод в Мексике. В 1961 году открылся офис компании в Японии, а в 1968 году появилась компания по производству полупроводников Motorola Semiconductor Japan. Цель — захватить бурно развивающийся азиатский рынок электроники.
В 60-е годы в Чикаго произошёл сильный рост преступности. Начальник полицейского управления Орландо Уилсон захотел, чтобы патрульные оставались на связи, даже когда выходят из машины. Чем больше радиус действия и чем надёжнее связь, тем лучше. Разработкой решения занялась Motorola, головной офис которой как раз располагался в Чикаго.
Инженеры компании предложили создать портативное устройство, которое будет работать в беспроводной сотовой сети. Роберт Галвин быстро смекнул, что это будет интересно не только правоохранительным органам. Компания выделила 100 миллионов долларов на разработку, и в 1973 году ведущий инженер компании Мартин Купер совершил первый звонок по мобильному телефону. В качестве издёвки он позвонил конкуренту из компании Bell Labs AT&T.
Motorola DynaTAC 8000X
Так появилась модель DynaTAC 8000X. Громоздкий телефон больше напоминал кирпич — весил 800 граммов. Аккумулятора хватало всего на 40 минут разговоров, а заряжать телефон потом нужно было больше 10 часов.
Потребовалось ещё 10 лет, чтобы обеспечить техническую реализацию сотовой связи и получить одобрение Комиссии по коммуникациям США. Только 6 марта 1983 года первый телефон поступил в продажу. Цена модели была невероятно высокой — почти 4000 $. Тем не менее спрос на телефон в США был огромным.
Motorola MicroTAC
В 1989 году вышел телефон MicroTAC — самый маленький и лёгкий на тот момент в мире. Телефон весил всего 220 грамм, что очень отличало его от 800 граммового предшественника DynaTAC. MicroTAC впервые среди телефонов получил дисплей, и стал одной из самых коммерчески успешных разработок.
Кроме первого мобильного телефона, в 70-е годы компания открыла для себя ещё одно направление — микропроцессоры. В 1974 году вышел 8-разрядный микропроцессор 6800, с тактовой частотой 2 МГц, на основе 4000 транзисторов.
Motorola хотела составить конкуренцию процессорам Intel, но тут их постигла неудача. Микропроцессор Intel 8080 вышел на полгода раньше, по характеристикам был лучше, и поэтому большая часть производителей микрокомпьютеров того времени предпочли Intel.
Все последующие процессоры не пользовались популярностью, пока в 1984 году компания не представила модель MC68020. 32-битный процессор содержал 200 000 транзисторов с чипом площадью всего ⅜ дюйма.
Этот процессор стала использовать Apple в своих компьютерах Apple Macintosh II и Macintosh LC. Это не было последним сотрудничеством Motorola и Apple — ещё один их совместный проект в 2000-х годах подтолкнёт компанию к краху.
В 1981 году компания под управлением Роберта Галвина была настоящим гигантом, с многомиллиардными оборотами. Подразделений и офисов стало так много, что с управлением возникло проблемы. Галвин задумался о смене подхода к менеджменту. Motorola объявила, что собирается выпускать 99,99966% продукции без дефектов — это около 3,4 дефекта на миллион устройств. Из этого родилась концепция «шесть сигм», которую разработал и внедрил один из руководителей компании Билл Смит.
Методика «шести сигм» основывается на следующих принципах:
Стремление к устойчивым и предсказуемым процессам;
Постановка KPI, которые описывают каждый процесс производства и бизнеса, должны быть измеряемыми, контролируемыми и улучшаемыми;
Вовлечение персонала на всех уровнях, в том числе и топ-менеджмента.
Компания выделила 5 этапов, которые позволяют реализовать концепцию. Их назвали DMAIC:
Define. Определение цели и запросов потребителей;
Measure. Измерение всех показателей процесса, чтобы понять, на сколько проект выполняется;
Analyze. Анализ и понимание причин появления дефектов;
Improve. Улучшение процесса, что сокращает дефекты;
Control. Контроль процесса, чтобы выявить появление дефектов в будущем.
Методология помогла — с 1981 по 1986 года Motorola сократила брак производства на 90%. Эту концепцию стали применять и другие компании: Honeywell, General Electrics и т.д. В конце 1990-х годов более 60 % организаций из списка Fortune 500 применяли методологию «шесть сигм».
В конце 80-х годов инженерам и руководству Motorola пришла в голову идея — создать всемирную спутниковую сеть, которая покрыла бы сигналом всю поверхность Земли. Для этого планировали вывести на орбиту 77 спутников. Проект назвали «Иридиум» — в честь элемента периодической системы с атомным номером 77.
В 1991 году проект официально был запущен, и в том же году появилась одноимённая компания LLC Iridium. Motorola инвестировала в неё 400 млн $, при планируемом бюджете на запуск 5 млрд $. В дело пошли контракты с оборонными предприятиями по всему миру. Даже Российская Федерация в 1993 году инвестировала в проект 82 млн $.
В 1998 году был назначен старт проекта. Перед этим Motorola вложила ещё 200 млн $ в рекламную компанию, чтобы получить до конца первого года 500 000 абонентов. Старт проекта дал 3 ноября 1998 года вице-президент США Альберт Гор, позвонив через спутниковую сеть Гилберту М. Гросвенору, правнуку Александра Белла. Однако дальше всё пошло не так гладко.
Роберт Галвин покинул пост директора в 1986 году. С того момента в компании сменились несколько CEO, пока в 1997 году компанию не возглавил сын Роберта — Кристофер. Именно при нём начался крах компании.
Проект «Иридиум» себя не оправдал. На орбиту вывели 66 спутников вместо 77. Покрытие, как и качество связи, было плохим — особенно в зданиях и автомобилях. Как следствие, за первые шесть месяцев проект поставил антирекорд — всего 10 000 абонентов.
Motorola попыталась исправить ситуацию — предложить продукт предпринимателям и руководству крупных компаний. Однако из-за ужасной связи в тех местах, где целевая аудитория чаще всего бывала (здания и автомобили), ничего не вышло. В 1999 году компания LLC Iridium объявила себя банкротом.
Одновременно с провалом проекта, у компании появился сильный конкурент. В 1991 году на рынок мобильных телефонов вышла Nokia. Она создала первую модель с поддержкой GSM стандарта — 1011. Тогда все компании уже понимали, что за GSM стандартом будущее.
Nokia 1011
В том же году появился знаменитый слоган «Nokia connecting people», а в 1993 году появилась модель Nokia 2100 с хорошо знакомой многим мелодией Nokia Tune. Nokia первой из европейских производителей вышла на азиатский и американский рынки. Как результат — продано больше 20 млн телефонов модели 2100, а в 1998 году Nokia официально стала самым крупным производителем мобильных телефонов в мире.
Несмотря на успех Nokia и крах проекта «Иридиум», Motorola не собиралась сдаваться. Она по-прежнему контролировала 85% рынка пейджеров и успешно продавала мобильные телефоны, хоть и отставая от Nokia. Например, в 1996 году вышла модель StarTAC — самый лёгкий телефон в истории, «раскладушка» весом всего 88 граммов.
Однако в 2001 году компания показала убыток, который многие аналитики не связывали со знаменитым «кризисом доткомов» 2000 года. И совет директоров потребовал у Кристофера Галвина исправить ситуацию.
Кристофер изначально выбрал стратегию, в которой ориентировался на качество связи телефона, а дополнительные функции телефона отвергал. Это кардинально отличалось от подхода Nokia — внедрять всё новое и делать телефон многофункциональным устройством. Ставка Nokia к 2003 году оправдалась. Галвин признал, что его взгляды устарели, и согласился на разработку революционной модели — RAZR V3.
Motorola RAZR V3
Телефон вышел в 2004 году — лёгкий металлический корпус и необычный дизайн с качественной подсветкой сразу сделали его популярным, несмотря на высокую стоимость 550 $. Весил гаджет всего 95 граммов и имела на борту лучшую камеру того времени. Всего было продано 130 миллионов копий по всему миру — телефон стал настоящим флагманом и конкурировал в продажах с легендарным Nokia 3310, который выпустили в 2000 году.
Однако Кристофер Галвин уже не имел к этому отношения — 4 января 2004 года он был уволен с поста директора. Больше семья Галвин никогда не принимала участия в управлении компанией, которую создала ещё в 1928 году.
Новое руководство компании в 2005 году приняло решение снизить стоимость RAZR V3 до 300 $, сократив несколько перспективных проектов. Параллельно Motorola выпустила ещё один очень популярный телефон — E398, который был заточен на прослушивании музыки. Модель почти повторила успех продаж RAZR V3, и стало понятно — за интеграцией новых функций будущее. В этот момент на сцену вышел Стив Джобс.
Motorola E398
В музыкальном мире тогда царил iPod, который вышел аж в 2001 году. По задумке основателя Apple, если выпустить телефон с интеграцией iTunes, то он сразу станет хитом и позволит компании выйти на рынок мобильных телефонов. Но Apple не была готова стартовать с нуля, и Джобс принял решение о сотрудничестве с Motorola.
Так в 2005 году появился телефон ROKR E1. Телефон получил сервис iTunes и программное обеспечение Apple. Однако телефон был намного дороже популярного E398, а аппаратно практически не отличался. Продажи телефона ожидаемо провалились.
Стив Джобс ушел яростно создавать iPhone, чтобы навсегда изменить рынок смартфонов, а продажи телефонов Motorola продолжали падать на фоне конкуренции с Nokia и уже новыми игроками: Samsung, Blackberry и другими.
После выхода iPhone в 2007 году, все кнопочные телефоны начали терять аудиторию — некогда лидер рынка Nokia выпустила в 2008 году модель 5800 XpressMusic с сенсорным экраном, а в 2010 году модель Nokia N8. Однако это не помогло — с 2010 по 2013 годы рыночная доля мобильных телефонов Nokia сократилась с 29% до 3%. В том же 2013 году мобильное подразделение компании выкупила Microsoft.
Падение Motorola было ещё более быстрым и болезненным. Компания продолжала выпускать разные модели телефонов, но коммерческого успеха RAZR V3 или E398 они не достигли. Дополнительным фактором стало то, что пейджеры резко потеряли популярность.
В 2006 году чистая прибыль компании ещё составляла 3,4 млрд $, в 2007 году зафиксировали чистый убыток 48 млн $. В 2008 году ситуация стала критической — компания зафиксировала рекордный убыток в 4,16 млрд $. Руководство попыталось исправить ситуацию.
В январе 2011 года Motorola разделили на две компании: Motorola Mobility и Motorola Solutions. Первая занималась только мобильными телефонами — тем направлением, которое тянуло компанию ко дну. Спустя всего год Google выкупил компанию за 12,5 млрд $, чтобы затем в 2014 году перепродать её Lenovo.
Вторая компания — Motorola Solutions — производила все остальные продукты. Например, оборудование для телекоммуникаций. Спустя 4 месяца после разделения компании главный конкурент Nokia Siemens Networks купил часть её активов за 975 млн $. В результате Nokia вышла на третье место в США по продажам оборудования для беспроводной связи, и стала лидером среди зарубежных компаний в Японии.
Символично, что один из основателей компании Роберт Галвин скончался в ноябре 2011 года — как раз после того, как его компания фактически перестала существовать.
Сейчас Lenovo сократила название бренда до краткого Moto и выпускает под ним умные часы и смартфоны. Например, топовая модель 2021 года была RAZR 5G по цене 134 000 рублей. Однако до продаж своего одноимённого предшественника RAZR V3 она вряд ли когда-то доберётся. Так рухнула великая империя.
P.S.: мальчишки и девчонки удачи Вам и хорошего настроения! Как всегда говорю "Спасибо!" всем кто читает, подписывается, ставит "+" и поддерживает рублем! Целую, обнимаю и стараюсь для Вас! Еще увидимся)
Прочитал недавно про проблему, когда дети тащат из карманов родителей, поэтому решил рассказать как меня «излечили» от этого недуга.
Не знаю, что послужило мотивацией, но я начал немного потаскивать деньги из карманов родителей, когда мне было 7 или 8 лет. Жили мы не бедно, но видимо чего-то не хватало. Где чирик бумажный возьмёшь, где мелочь - пойдёшь купишь ролтон или дольку яблочную. Так продолжалось с весны по середину лета, пока я не залез в антресоль и не нашёл там солидную котлету в виде 5-6 тысяч. 2003 год. Сделав небольшой подсчёт, я решил, что недоимку в 1500 никто не заметит. Счастью не была предела. Кормил половину двора на «казенные», а также приобретал авторитет среди старших. Даже заплатил чуваку 300₽ за то, что он мне обработает палку с дерева и перемотает рукоять чёрной тряпочной изолентой. Купил себе несколько пачек «крутых пацанов» ( это где был чупа-чупс и какие-то амулеты из слоновой кости. Сижу весь увешанный медальонами как какой-то диллер из Бруклина и понимаю, что кто-то хватает меня за шкирку. Это был старший брат, который сначала получил жёстких люлей от отца, т.к. первый был под подозрением. Оказывается батя делал дома какой-то небольшой ремонт и ему не хватило материалов. Глава семейства был сильно возмущён, недосчитавшись почти 1/4 суммы. Старший брат был на занятий, за ним пришёл аж дежурный по части, забрав с занятия и сказав, что его срочно ждёт отец дома.
Выяснив, что старший ничего не брал, и выдав положенную порцию люлей, отец наказал быстро найти и привести меня. Артём сразу всё понял, когда увидел меня в цепях, с пачкой ролтона и долькой в руках, а также в амулетах и в разводах на губах от газировки. Меня привели домой. Надо сказать, что меня и раньше палили, что могу утащить пару монеток, но всё это вылечивалось небольшой порцией физической экзекуции. Видимо, в этот раз я ожидал такого же эффекта, поэтому просто ждал когда получу свою норму и пойду дальше во двор. Но случилось невероятное. Отец не стал меня бить или как-то наказывать, а просто напросто сказал собирать вещи - сейчас поедем в тюрьму. Я думал моя жизнь окончена. Понимание тюрьмы было основано на сериале «Боец» с Дмитрием Марьяновым. Я собрал вещмешок. Сложил туда пасту «Дракончик Гоша» (как раз перекусить), детскую пижаму с птичками, а также книгу Гарри Поттер и философский камень. В голове уже продумывал сценарий, как буду заходить в хату и так далее. Фантазия моя разыгралась не на шутку. Я все ещё надеялся, что это не в серьез. Папа завёл машину и вернулся за мной. Я вцепился в стену, но его взгляд был неумолим и я был вынужден идти с ним. Пока мы ехали, я пытался тысячу раз поймать отца своим виноватым взглядом в зеркале заднего вида. Когда мы ездили на машине, он всегда на меня поглядывал. Но в эту поездку он ниразу не взглянул на меня. Я понял всю серьёзность намерений.
Отец реально довез меня до тюрьмы (в более осознанном возрасте я проходил мимо этого здания - это была детская комната милиции, так что думаю серьёзных намерений не было), оставил меня в машине и сказал, что сходит до сотрудника который меня заберёт под наручники. Вернувшись, он сказал, что сегодня закрыто, так что поедем завтра. От напряжения я сразу уснул дома, а проснулся поздно вечером, но вставать не было желания. Я просто думал о тюрьме и о том как испортил свою жизнь. О том, что у такой славной семьи такой никудышный сын. Слушал каждый домашний звук, пытался понять, обсуждают ли меня. Через полчаса отец тихо зашёл в комнату, но я притворился, что сплю. Мне было невероятно стыдно и я не хотел с ним взаимодействовать. Он тихонько меня поцеловал и шёпотом сказал: «Мы тебя очень любим, не расстраивай нас». На утро мы уже никуда не поехали, но до сих пор научен на 200%. Даже если что-то плохо лежит - никогда не возьму.
Спасибо, отец, за этот урок.
Бородатый дед-гигачад из Флориды выиграл женский чемпионат по покеру
70-летний ряботяга шутки ради решил поучавствовать в покерном турнире «только для женщин» и заявил, что идентифицирует себя как женщину
Из-за антидискриминационных законов организаторы не смогли помешать ему и бородач легко обыграл грандов женского покера, забрав приз в $5 555 (~440 000 рублей)
После этого случая, в твиттерах фемок начался сущий ад, но дед заявил, что ему все равно.
Информацию не проверял, но смешно.
Upd. доп.информация по событию #comment_272517348
Федеральная трасса Волгоград Махачкала , я ехал один, на моем авто московские номера.
Уважаемые читатели, хотим рассказать вам о настоящем морском пехотинце, о солдате трёх воин (Финской, Великой Отечественной и войны с Японией) - Михаиле Васильевиче Подгурском.
Михаил Васильевич родился в 1917 году, коренной Москвич. Военную службу проходил в кадрах Военнослужащих сил армии и Военно-морского флота беспрерывно с 1938 по 1946 год. Фронтовик. Ветеран морской пехоты Северного и Тихоокеанского флотов.
За участия в боях Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. награжден многочисленными орденами и медалями.
По образованию Михаил Васильевич – актёр-кукольник. В 1938 году был призван на срочную службу, попал под Мурманск, воевал с финнами зимой 39-40 гг., затем Великая Отечественная и война с Японией.
Вот рассказ о его первом бое в Великой Отечественной: «Мой первый бой случился на приграничных высотах Заполярья в ночь с 28 на 29 июня 1941. На границе впереди нас раздались взрывы зарядов и мин, а затем частая трескотня пулеметов и автоматов. Гитлеровцы после упорного боя прорвали заслон и двигались на нас, цель их была ясна – это был единственный выход на дорогу, ведущую к Мурманску. Начался неравный бой заставы пограничников. Сил наших оказалось совсем мало – человек 25. Едва мы успели вскрыть цинки с патронами, как из тумана к подножью горы вышла рота немцев. Нас, обстрелянных еще в Финскую, это не испугало. Встретили их прицельным огнем, а спрятавшихся за камнями солдат закидали гранатами. Отбили первую атаку, затем вторую, третью. Все мы были ранены и контужены. Часа на два немцы затихли, а мы, наскоро перевязав раны, подготовились к очередной атаке. Туман ушел к морю, и нашим глазам открылась не очень приятная картина, происходившая внизу: и у высот, и у выхода на дорогу перебежками накапливались крупные силы противника, к тому же нас начали обстреливать с воздуха. Вся поддерживающая артиллерия была уничтожена. От нее остались одни громадные воронки и разбросанные части орудий. Атаки все повторялись одна за другой, бой длился более 12 часов! Но мы стояли у гитлеровцев как кость в горле, не давая им выйти на дорогу к Мурманску! Задержка врага дала возможность подтянуть стрелковые резервы, к реке Западная Лица и занять прочную оборону до тех пор, пока мощным ударом Карельского фронта и Северного флота враг не был выброшен за пределы Заполярья».
После войны, один из немецких офицеров, заместитель начальника штаба горно-стрелкового корпуса «Норге» Вилли Гесс, писал: «Один из батальонов горно-стрелкового полка получил приказ прорвать оборону русских и овладеть дорогой, ведущей на Мурманск. Однако мы натолкнулись на упорное сопротивление кучки фанатиков у высот, потеряли время и людей, и нам пришлось бросить в дело резервы, артиллерию и авиацию».
К сожалению, этот бой, один из первых героических боев Великой Отечественной был не замечен и забыт, поэтому знают о нем немногие!
И ещё один сюжет. Дело было в Финскую кампанию. Ночью в лесу на группу Подгурского напали финны, и один из них бросился с ножом ему на спину. Нож пробил рюкзак и походный котелок, но застрял в сухарях. Михаил Васильевич успел скинуть и убить финна. Однополчане дали наказ оставить нож как реликвию, талисман, что и было сделано. Сейчас трофей находится в музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе.
Имеем ли мы право забывать, что стоили нам мир и свобода? Разве не было бы такое забвение предательством перед памятью павших воинов, перед горем безутешных матерей, одиноких вдов, осиротевших детей?
Мы помним героических защитников и низкий поклон ныне живущим ветеранам!
Устала к вечеру. До дома, думаю, когда еще доберусь. Решилась на фастфуд – блины в «Теремке». Пока стояла в очереди, начиталась фирменных слоганов, вроде: «Я стакан из «Теремка» – жажде говорю пока!» Наконец, делаю заказ. Парень с бейджем "Сергей" выглядит еще более уставшим, чем я. Решила его подбодрить в духе компании и выдала: «Напечет блинов Сергей – будет в жизни все о'кей!» На что тот, раздраженно: «У нас в офисе уже сидит один такой умник, стихи эти дебильные сочиняет…» :)
