Уровень 1: Нейстон.

Первый уровень океана — нейстон. Он располагается всего в метре от поверхности. Нейстон — царство микроорганизмов. Это отличное место для фотосинтеза, а значит, десятки видов водорослей кормят миллионы видов креветок, рачков, бокоплавов, личинок рыб и раков. Великанами здесь считаются животные размером в пару сантиметров.

Гигантов в микромире немного, но недостаток количества они компенсируют странностью. Тут водятся скачущие по поверхности морские водомерки, ползающие по обратной стороне улитки, похожие на инопланетные корабли слизни и португальские кораблики — колониальные животные, которые изобрели парусное судоходство раньше, чем придумали конечности и мозги.

Уровень 2: Фотическая зона.

Второй слой океана — фотическая зона. Её глубина не больше 200 метров, но именно здесь обитает 90% биомассы океана. Практически все рыбы и морские звери живут тут. Кальмары, акулы, киты с дельфинами и морские черепахи — лишь часть огромного разнообразия этого региона.

Ключевая фишка фотического региона — постоянные вертикальные миграции. Днём обитатели спускаются ниже, а ночью поднимаются к поверхности. Их место занимают вторженцы из более тёмных глубин океана — из сумеречной зоны.

Уровень 3: Сумеречная зона.

Сумеречная, она же мезопелагическая зона. Именно здесь кажется, что чем глубже ты погружаешься, тем ближе приближаешься к аду. Обитатели этого места существуют исключительно за счёт ресурсов, что создали первые две экосистемы. Здесь все ещё есть свет, но его недостаточно для успешного фотосинтеза, поэтому местный планктон занят переработкой останков. Но даже ему живётся непросто — слишком уж нестабильны условия. В мезопелагической зоне сталкиваются и смешиваются основные океанические течения, поэтому температура, солёность и насыщенность кислородом сильно колеблется в течение года.

Так как пищи тут меньше, то и разнообразие крупных животных ниже. И всё же на глубинах от 200 до 1000 метров обитает от 2 до 10 миллиардов тонн рыбы. Большинство видов, правда, гастролёры, они поднимаются за пропитанием выше к поверхности. Остальные представлены преимущественно засадными хищниками: гигантскими кальмарами, морскими удильщиками и топориками.

Но 90% всех глубоководных рыб представлены всего одним семейством — миктофовыми, или светящимися анчоусами. Их стаи настолько большие, что рыбы сбивают с толку исследовательские сонары. Скопления рыб не раз принимали за океаническое дно!

Уровень 4: Батиальная зона.

А что там, под анчоусами? А там батиальная зона — 3 километра вечной тьмы. В отличие от мезопелагической зоны, условия здесь невероятно стабильны. Исследователи предполагают, что они не изменились ни на йоту за последние 8 тысяч лет. Наши знания об этом регионе разрозненны, ведь его крайне сложно исследовать. Но и жить тут очень тяжело.

Да, здесь обитают акулы, кальмары, осьминоги, удильщики и глубоководные угри, но мы лишь примерно представляем их численность и состав. Большинство местных обитателей не имеют окраски, их кожа прозрачна, а движения замедленны. Этому уровню достаётся ещё меньше ресурсов, поэтому ценность каждой калории возрастает многократно.

Уровень 5: Абиссальная зона.

Но мы всё ещё не добрались до дна. Добро пожаловать в абиссальную зону, океаническую пустыню. Тут реально почти ничего нет. Да, об абиссали мы знаем ещё меньше, но даже нашей куцей информации достаточно, чтобы понять, что делать тут особо нечего. Органики в воде мало, она вся спрессована в глубоководный снег и быстро опадает на дно, образуя своеобразную «пустыню праха». Кислорода тоже недостаточно — его источники слишком далеко. Зато органических и неорганических солей в избытке.

Уровень 6: Дно Абиссали.

На абиссальных равнинах, у самого дна, ситуация несколько лучше. На первый взгляд тут ничего нет, но на слое многократно переваренной органики собралась экосистема, включающая в себя до 1500 видов беспозвоночных. Ракообразные, черви, жуткие морские пауки и даже моноплакофоры — родичи улиток, которых считали вымершими 300 миллионов лет назад. А над всеми ними парят угри и другие немногочисленные рыбы, способные выжить на таких глубинах.

Впрочем, есть в этой безрадостной местности и настоящие оазисы жизни: геотермальные источники, мёртвые киты и просто места, куда прихотливые морские течения заносят особенно много органики с поверхности. В некоторых из таких регионов живности настолько много, что она лежит слоями друг на друге! Но стоит отодвинуться от точки активности на сотню-другую метров — и перед нами та же пустыня со скучными микроскопическими червяками.

Итак, это всё, однако давайте не будем забывать, что глубоководные исследования в нашем мире проводятся очень редко. Это крайне дорого и сложно. Потому действительно знать о том, что происходит во мрачных глубинах океана пока что не представляется возможным.

Источник.

Каково же было удивление физика, когда через какое-то время уровень жидкости во втором сосуде начал повышаться – сам по себе! – а в первом, напротив, понижаться! Возникало впечатление, что какой-то невидимый насос медленно перекачивает жидкость из одного сосуда в другой!

Открытое явление Нолле так и назвал – «осмос», что по-древнегречески (ὠσμός) означает «проникновение, накачка, давление, толчок».

Многочисленные наблюдения показали – если два раствора, слабый и сильный, разделены тонкой перегородкой, которая пропускает растворитель (воду), но не пропускает растворённое вещество (соль), то более крепкий раствор начинает «выкачивать» воду из более слабого, стремясь «выровнять» концентрацию соли!

Как вы знаете, любой живой организм на Земле состоит из клеток, а каждая клетка отделена от окружающего пространства тонкой перегородкой – мембраной, оболочкой. Через эту мембрану происходит обмен веществ между клеткой и внешней средой. И если концентрация солей (или других растворённых веществ) снаружи и внутри оболочки различная, то начинает действовать тот самый «осмотический насос», открытый Нолле.

Можно сделать очень простой опыт: отрежьте два ломтика сырой картошки, и один положите в стакан с дистиллированной водой, а второй – в приготовленный раствор соли. Оставьте на ночь. С утра выньте ломтики и оцените разницу: ломтик картошки из стакана с чистой водой становится осклизлым, а ломтик в стакане с солёной водой остаётся жёстким и хрустящим! Почему?

Если у вас дома оставленный в воде картофель становится жёстким, значит и вода из-под крана у вас "жёсткая" – насыщенная солями щелочноземельных металлов...

Внутри клеток картофеля находится жидкость, в которой растворены разные соли и питательные вещества. Когда мы помещаем ломтик в чистую воду, концентрация солей внутри клетки оказывается выше, чем снаружи – и клетка начинает «накачивать» в себя воду через мембрану, разбухает и, наконец, лопается! Отсюда и склизкий налёт на поверхности. А вот в растворе соли «всё наоборот» – концентрация соли снаружи будет выше, чем внутри, и вода через мембрану, напротив, начинает «выкачиваться из клетки». Клетка картофеля «сушится», хотя находится внутри жидкости!

Если вы готовили шашлык, то помните: стоит посолить мясо – оно почти сразу же начинает «давать сок». Соль как будто вытягивает воду из мяса – это происходит благодаря осмосу. На поверхности чуть влажных кусочков образуется крепкий соляной раствор, который начинает интенсивно высасывать влагу из клеток!

Вот теперь мы можем вернуться к рыбам. Наверное, вы знаете, что рыба «дышит водой», то есть проглатывает ртом воду и выпускает её наружу через расположенные по бокам головы жаберные крышки. Под крышками расположены жабры – специальные органы, состоящие из тысяч тонких лепесточков, густо пронизанных кровеносными сосудами. Через тонкие стенки жабр в кровь рыбы проникает кислород, растворённый в воде. Однако благодаря явлению осмоса также происходит и «перекачивание воды». В каком направлении? Оказывается, у разных рыб это направление разное!

Если рыба живёт в речной, пресной воде (как окунь, щука или карась), то концентрация солей в тканях рыбы будет выше, чем в воде – поэтому осмотический насос постоянно накачивает воду внутрь клеток рыбы. Не только через жабры – через стенки глотки, через кожу, через глаза. Пить пресноводным рыбам совсем ни к чему – воды в их клетках и так полно! Более того, пресноводной рыбе приходится практически постоянно «писать», то есть сбрасывать излишки воды из тканей, иначе её клетки начнёт просто разрывать изнутри! Но «писает» такая рыба практически чистой водой.

Если рыба живёт в морской или океанской, солёной воде, то концентрация солей в тканях рыбы, наоборот, меньше, чем в воде – поэтому осмотический насос тоже работает наоборот: постоянно «вытягивает» воду из клеток рыбы, и через жабры, и через глаза, и просто через кожу. Так что морским рыбам (как людям!) приходится время от времени пить, то есть проглатывать воду в желудок. Иначе рыба погибнет от жажды – несмотря на то, что плавает в воде! А вот «писают» морские рыбы редко, зато весьма концентрированным солевым раствором – потому что в морской воде содержится очень много солей, ненужных организму. Эти соли рыба отфильтровывает почками и выводит наружу.

Самое «хитрое» и экономичное решение «придумали» акулы. Дело в том, что благодаря наличию в тканях акул огромного количества мочевины концентрация солей «внутри» и «снаружи» клеток получается практически одинаковой. Поэтому, в отличие от других живых организмов, акулам, образно говоря, не нужно ни пить, ни писать. Никогда. Им хватает того малого количества воды, которое проходит через жабры, а для выделения лишних солей используется особая ректальная железа в кишечнике. Неплохо устроились, правда? Зато мясо у акул довольно вонючее, вы, надеюсь, уже догадались, почему?

А как же киты, дельфины, тюлени, морские львы и другие млекопитающие, обитающие в морской воде? Они тоже пьют морскую воду? Оказывается, пьют, но только в исключительных случаях. Большинство морских млекопитающих (за исключением дюгоней и ламантинов) – хищники, питающиеся рыбой. А морская рыба уже «проделала» всю работу по удалению лишней соли из организма, так что морским млекопитающим вполне хватает «рыбьего сока» – той воды, которая содержится в сочной рыбе.

Вот если пищи нет – тогда нет и воды; тут уж поневоле приходится понемногу пить морскую воду. Полярные тюлени в таких ситуациях едят снег (как некоторые непослушные дети зимой).

• Скачать и полистать (бесплатно и без регистрации): https://www.lychik-school.ru/archive
• Наш Телеграм-канал: https://t.me/luchik_magazine

Мой брат не такой. Он может только мычать, утирать слюну грязной тряпкой, проявлять внезапную агрессию и анонировать в любой момент, когда ему приспичило.

Прошу понять, что я его младше на 7 лет. И в первый год моей жизни он неоднократно ронял мою коляску и бросался на меня, когда я плакал. В тот период его пристроили в интернат. Но он адекватно реагирует только на родителей и его забрали домой, когда мне было 2,5 года.

Не проходило и недели, чтобы он меня не ударил. А он быстро превращался в детину. Мать так и не вышла на работу. Я не мог привести никого в гости, мы почти не отмечали праздники дома, и не было ни одной ночи, чтобы братец не разбудил нас всех. Даже соседи на нас смотрели с брезгливостью.

В школьном возрасте я часто ночевал у друзей и родственников, особенно когда нужно было делать много уроков. Мама покупала на такие случаи небольшие подарки для семьи, в которой я гостил. Я проводил буквально все лето в деревне, и это был праздник. Я действительно отдыхал. В школе я сидел до последнего, делал уроки в библиотеке или играл в футбол с парнями. Домой совсем не хотелось, дома была уставшая от жизни мать и неадекватный братец. Отец тоже много работал, ему нужно было содержать 3 человека. Впрочем, мать могла успокоить брата, гладила его по голове, он лежал довольный. Когда я приходил, он мог внезапно переменить настроение и впасть в агрессию. Мать иногда в слезах просила меня погулять ещё где-нибудь.

В 14 лет я впервые ударил брата в ответ, меня так трясло, что я убил бы его. Мать остановила. Он залез за кресло и выл пока я не ушел.

В 17 лет я выбрал институт лишь бы от дома подальше. Поступил, жил в общаге как иногородний, держался за учёбу и бюджет как за что-то от чего моя жизнь зависит. Параллельно работал сначала продавцом, потом сторожем на складе.

Потом отучился, работать уже в свой город поехал. К родителям с тех пор заезжал раз 5 за 8 лет.

На свадьбу ко мне приехал только отец, мать не могла никого попросить остаться с братом. К внуку она заезжала несколько раз и то на часок, отец сейчас заезжает часто, привозит подарки, с сыном моим играет. Видео иногда, что уходить не хочет, сидит до последнего.

У брата начались серьёзные проблемы с поджелудочной. Его нужно по врачам возить, просят помощи, а я не могу себя заставить, несколько раз давал деньги на медицинское сопровождение. Но сам я его видеть не хочу, я на полном серьезе говорю, что я его боюсь, ненавижу и не считаю человеком. Можете осуждать, мне абсолютно наплевать... Вы не представляете как это жить в таком страхе и унынии.